Екатерина Конева: Нравится Радулов. Такой же дерзкий

В ближайшеевоскресенье в Москве пройдет традиционный легкоатлетический турнир «Русскаязима». В его преддверии в редакции Sovsport.ru побывала одна из наиболее ярких звезд предстоящих соревнований– лейтенант ЦСКА Екатерина Конева.

После фотосессии с символом армейского клуба, плюшевым конем– не зря же спортсменка носит свою фамилию - мы приступили к беседе и начали,естественно, с проблемной темы.

- Екатерина, какпосле отстранения российских легкоатлетов от участия в международныхсоревнованиях можно назвать процесс подготовки к вашей первой Олимпиаде вкарьере? Кошмар?- Неприятная ситуация. Конечно, неопределенностьсказывается, нет достаточной мотивации. Обычно зимой спортсмены готовятсяотобраться на какой-либо чемпионат, а тут и не на что отбираться. Но мы всеравно находим в себе силы. И надеемся, что все сложится хорошо.

- В вашем личномтренировочном процессе многое поменялось?- Нет. Я зимой и так обычно за границу выступать не ездила.Стартовала на Кубках Губернатора в Краснодарском крае и в Волгограде,естественно, на «Русской зиме». Потом был чемпионат России, а затем либочемпионат Европы, либо чемпионат мира. Сейчас же я выступаю на Гран-при, потомстартую на чемпионате России, куда приедут все спортсмены. А потом на сбор,готовиться к лету.

- На международныхстартах конкуренция была бы выше…- Есть такое, конечно. В России сейчас «тройничек» свысокими результатами мало. Но надеюсь, в ближайшее время их станет больше.Будет с кем «зарубиться». А насчет борьбы с иностранными спортсменками –надеюсь, весной нас «выпустят».

- Вы сейчасвыступаете в двух видах одновременно – в тройном прыжке и в прыжке в длину. Недля того, чтобы «заруб» было побольше?- Нет, мы просто с тренером стараемся повысить скоростьразбега. А это можно сделать только в длине. В тройном я разбегаюсь, такскажем, вальяжно, а в длине надо бежать быстро с первого шага до последнего.

- Перестраиваться содного вида на другой легко?- Несложно. Один разбег, просто скорость разная. К тому жеиногда что-то одно надоедает, хочется переключиться.

- Вы же тройным сталипрыгать довольно поздно…- Тренер во мне «тройничку» увидел. А я отнекивалась: это жетравмоопасный вид, боялась, что останусь без спины, без стоп, без колен. Нопока жива, пока хожу… (улыбается).

- Вы же еще испринтом занимались. За сколько стометровку пробежите?- 11,57.

- Совмещать прямо наодних соревнованиях несколько видов можно? Приехали на Олимпиаду, взяли четыремедали.- Я совмещала прошлой зимой длину и тройной. Но спринт дляменя скучен.

- Как это? Не успелстартовать, сразу финиш. Когда скучать?- Я имею в виду то, что тренировать спринт мне неинтересно.Нудная работа – это не мое. Мне интересно прыгать.

- Но зато самыепопулярные легкоатлеты мира – спринтеры. Запускали бы сейчас стрелы как УсэйнБолт.- Была чемпионкой России в беге на 60 метров. Но в спринте выйтина мировой уровень сложно. Нужно быть на голову выше всех. К тому же утемнокожих есть предрасположенность к спринту.

- А как же голландкаДафне Схипперс, болгарка Ивет Лалова – чемпионки мира и Европы на спринтерскихдистанциях?- Исключения из правил.

- Если говорить осовмещениях, то и в тройном, и в длине выступала Татьяна Лебедева.- Все про это мне говорят (улыбается). Мы знакомы достаточнохорошо, общаемся, друг у друга что-то спрашиваем.

- Совет она можетдать?- Знаете, я советов обычно ни у кого не спрашиваю. Каждыйчеловек индивидуален, у каждого свой тренер, своя работа. Если у нас был одинтренер, что-то могла бы спросить. А так мы какие-нибудь общие вопросы легкойатлетики обсуждаем.

- Фильм телеканала ARD о допинге с ней не обсуждали?- Нет, и я его даже не смотрела. Не хочу в это лезть. Зачем?Мне кажется, это грязь, которой не стоит лишний раз забивать себе голову.

- Если говорить оконкуренции, то в тройном прыжке у вас есть одна соперница, с которой выпостоянно боретесь – Катрин Ибаргуен из Колумбии. Вы, наверное, уже либо сильноподружились, либо ненавидите друг друга.- Отношений никаких вообще.

- Даже нездороваетесь?- Иногда нет. Если она чувствует, что в форме, топоздоровается (смеется).

- Когда впервые ееувидели, помните?- Кстати, в Рио и увидела. Это был мой первый коммерческийтурнир. Поехала туда одна, без тренера. Страшно было, а еще в тот годизвержение вулкана в Исландии было, самолеты летать перестали. И я думаю: чтоже мне делать? Но ничего, напрыгала 14,25, нормально для первого старта.

- А она что?- Получше. Я вторая была.

- Когда вы впервые вкарьере прыгнули за 15 метров и все равно проиграли Ибаргуен, обидно было?- Очень. Я, на самом деле, не раз те прыжки пересматривала имогу сказать, что мой результат был больше, чем 15,04, которые мне засчитали. Ия, и Ибаргуен приземлялись примерно на одном уровне. Вот это меня больше всеговозмутило.

- Но ей хотя бы незасчитали ее результат в качестве лучшего в сезоне.- Да, потому что превышение ветра было. Но это же правильно!

- В общем, у вас естьзаноза в пятке, которую в Рио надо вытащить, мы так поняли.- Это очень сильно сказано (смеется). Но, думаю, да.

- Вытащите?- Раньше я загадывала что-то, а сейчас этого делать не хочу.Обжигалась. Не хочется повторять прошлых ошибок. Буду стараться, что в моихсилах, буду делать, ни в коем случае не сдаюсь. Естественно, буду отстаиватьчесть России. Надеюсь, нас допустят до Олимпийских игр.

- Для победы надобудет за 15 метровпрыгать?- Да. И не чуть-чуть за 15, а хорошо за 15.

- Сами соревнованиядля вас контактная борьба, выводить из равновесия пытались?- И не раз. Например, на зимнем чемпионате Европы в Праге впрошлом году. Взяла мат, положила на него принадлежности для разминки. Проходитмимо девочка из Англии и на мат наступает. Зачем, можно ведь обойти? Потом двараза плечом меня задевает. Я думаю: ты вообще полоумная? Потом она в сектореподошла и извинилась. Но меня, может быть, это и завело.

- То естьположительную роль инцидент сыграл все равно?- Да, для меня такие вещи – часто раздражитель. Я иногдадаже сама с собой могу поговорить, чтобы завестись.

- Матом?- Иногда да. Иногда и вслух.

- На тренера?- Бывает (смеется).

- У вашего тренераАлександра Цыплакова занимаются сейчас сразу несколько спортсменов топ-уровня.- Да, у нас большая группа, тяжело даже работать, на самомделе. Раньше мы с Даниилом, его сыном, были вдвоем, все тренерское время – длянас двоих. А сейчас у нас есть и Дмитрий Сорокин, и Татьяна Акмухамедова, иСергей Полянский к нам перешел, Артем Примак.

- Вниманиятренерского хватает?- Мне нет. Но я все-таки уже взрослая спортсменка. Что-тосама в голове прокручу, вспомню указания тренера. Понимаю, что сейчас новомупоколению нужно больше времени. Когда-то нужно было мне.

- Для себя определиливременной отрезок вашей карьеры?- До 30 лет, думаю, допрыгаю. Может быть, чутьпобольше.

- Ваш земляк ИванСкобрев, когда в Хабаровске было знаменитое наводнение 2013 года, участвовал вликвидации его последствий.- Я на соревнованиях была, а за родителей было страшно. Их,к счастью, не затопило, а нашу родственницу, бабушку, затопило. Прямо подкрышу. Жутко все это. К стадиону, помню, парусники приплывали. На самолетелетели, все вокруг в воде.

- Часто там бываете?- Сейчас, скажу честно, нет. Раньше рвалась туда, все-такикорни мои там, родственники. Пес мой живет у мамы. А сейчас я поняла, что частоездить смысла нет. Тренироваться негде, дорого, зимой холодно, в снегопадыиногда на машине не выбраться. Плюс восемь часов перелета, последнее времяпосле самолета я обуться часто не могу, ноги отекают. Акклиматизация – сбой ворганизме, иммунитет на нуле.

- А как же родители?- Очень жалко, что их не вижу. Маме тут еще операциюсделали: пошла на коньках покататься и упала, сломала руку. Звонит, плачет, а уменя сердце кровью обливается, но помочь ничем не могу. Папа работаетмашинистом вахтовым методом, по 15 дней его нет. Плюс мама за больным отцомухаживает. Тяжело все это.

- Чтобы незаканчивать на грустном, в конце интервью – несколько несерьезных вопросов. Каквы относитесь к коню?- Отлично! У меня же говорящая фамилия (смеется). Оченьлюблю лошадей. Раньше когда отец смотрел военные фильмы, и там лошади падали, япрямо ревела. Так было их жалко! Не знала, куда себя девать. Во времячемпионата мира в Москве мы жили в «Рэдиссоне», и там висела картина с лошадью.Я постоянно ходила и смотрела на нее. Тренер сказал: если выиграешь чемпионатмира, то подарю тебе такую. Я не выиграла – и у меня нет картины с лошадью…

- Верхом ездили?- Да, в горах, в Сочи. Мне такой конь достался красивый…Черный. И дерзкий. Прямо как я (смеется).

- Обошлось безпадения?- Конечно! Он же понял, что я его люблю! А на втором месте уменя после лошадей собаки. Это моя слабость. С прыгуном с шестом АлександромГрипичем недавно были в Славянске-на-Кубани, приехали к нему в дом. А там двесобаки! Одна немецкая овчарка, второй лабрадор. Конечно же, овчарка меняполюбила. А ей в дом заходить нельзя, он больше как сторожевой пес. Ну я выйду,тихонько говорю: Марс, возьми сосиску! Потом Саше сказала: как же так, лабрадордома живет, а овчарка нет, это несправедливо. Хотя бы на коврике у порога! Витоге добилась своего: коврик постелили, он на него улегся, прямо в восторгебыл.

- Не видите себяпосле окончания карьеры как-то связанной с животными?- С детства у меня была мечта приют для собак открыть. Чтобудет после окончания карьеры, пока не думала. Но наверное, у меня будет домамного собак.

- Не можем неспросить про клуб, который вы представляете. Кто любимый футболист из ЦСКА?- Нет таких, не люблю футбол.

- Хоккеист?- Радулов. Ходила на матчи ЦСКА, он мне очень нравится. Тожетакой же дерзкий. Одному даст, второго замочит.

- Баскетболист?- Не смотрю. Хоккей и легкая атлетика.

- Хоккей –единственный любимый зимний вид спорта?- Плющенко нравится, конечно. Я подписана в Инстаграме наего страничку. Да и вообще фигурное катание люблю.

- Сами на конькивставали?- Последний раз лет семь назад. Иногда с ребятами соберемся,а потом вспомним: эх, у нас же соревнования. Опять навернемся, опять что-тосебе отобьем. Если бы не наш вид деятельности и не опасность получить травму,ходили бы постоянно.