Окружай себя книгами, спаси человечество

Хотя я с трудом выношу, когда книги превращают в фетиш, в статусную декорацию, я все же испытываю глубокую привязанность к настоящей, сделанной из мертвого дерева книге как к проводнику и посреднику. Когда я вижу или держу в руках бумажную книгу, я чувствую, как мысли и идеи, которые в ней заключены, струятся между ее сомкнутых страниц, как будто бы в ней есть поток энергии, и он ищет русло, чтобы устремиться по нему навстречу читателю. Этого ощущения не испытаешь, имея дело с электронными устройствами. Я обожаю его. И чувствую нечто подобное как до, так и после прочтения значимой книги.

Однако же, как постоянный читатель я нахожу, что электронные книги – это фактически чудо с точки зрения их удобства и полезности. Всего на одном устройстве в моем распоряжении могут быть в прямом смысле тысячи книг, а если подключить его к интернету, то их количество вырастает до миллионов. Я могу писать аннотации к этим книгам бесконечно – и без каких-либо потерь. Черт возьми, эта штуковина даже обеспечит вас светом для чтения! Ощущения от книг из бумаги ни с чем не сравнить, я восхищаюсь ими, но отвергать электронные книги и особенно ридеры, такие как Kindle, было бы абсурдным.

Но в одном принципиально важном отношении главное преимущество электронных книг одновременно становится и их самой большой слабостью. Именно слабостью, говорю я, а не недостатком – ниже я поясню свою мысль.

Я задумался об этом благодаря книге Тимоти Снайдера «О тирании» ( On Tyranny ) – читать её оказалось одновременно легко, познавательно и болезненно. Среди предлагаемых Снайдером 20 уроков о том, как избежать существования в каком-нибудь новом трамповском «рейхе», есть совет, чтобы мы а) поддерживали печатную журналистику и б) читали побольше книг. Что ж, вполне очевидно, почему в такие времена, как наши, хорошая журналистика нуждается во всяческой поддержке – ведь возможно, это последнее, что отделяет и защищает нас от окончательного превращения сми в средство пропаганды. Вот что пишет Снайдер:

Это совершенно ясно. Но, говоря о печатной журналистике, имеет ли он в виду именно хорошую репортерскую работу, основанную на глубоком изучении вопроса, сборе достоверных данных и тщательной проверке фактов – независимо от средства подачи информации, или помимо этого он подразумевает, что результат этой качественной журналистской работы должен в буквальном смысле быть напечатан на бумаге? Об этом мы еще поговорим.

Но вернёмся к книгам. Сейчас мой семилетний сын увлечен книжками из детской естественнонаучной серии, в которых берутся два каких-нибудь животных и сравниваются друг с другом по принципу «кто победит» (например, краб vs лобстер, тасманский дьявол против росомахи и т.п.). Он уже собрал штук восемь или больше этих маленьких тонких книжечек и так их любит, что в последнее время носит повсюду, где только можно, с собой – все до единой.

«Папа, – говорит он, – я не знаю, почему, но из-за этих книжек я просто… ну… начал любить книги».

Меня очень радует такая его привязанность и любовь к этим книжкам. Я знаю, такого бы не случилось, если бы у него была только их электронная версия на планшете. С точки зрения содержания нет никакой разницы, но так у него есть возможность выразить свой энтузиазм самым непосредственным образом, физически. Объекты, напрямую связанные с полюбившимися ему словами и картинками, становятся более значимыми. А придавая такое большое значение объектам, он наделяет большим значением и само содержание.

Но что общего между детскими книжками, где скорпион сражается с тарантулом, и противостоянием тирании? Смотрите, что говорит Снайдер о разнице между книгами и электронными СМИ/социальными сетями:

Снайдер приводит примеры из антиутопий, где тоталитарное государство налагает запрет на книги, а потребление специально одобренной информации через электронные СМИ отслеживается в реальном времени ( 1984 ), причем людей постоянно приучают к искаженному и обеднённому языку, цель которого – «лишить их понятий, необходимых для того, чтобы размышлять о настоящем, вспоминать прошлое и задумываться о будущем».

Что нам необходимо делать (и это наш долг перед самими собой) – так это активно искать информацию вне официальных источников, расширять свой кругозор и не ограничивать свое понимание мира тем, что ежедневно поступает из теленовостей и интернета, защищать свое сознание от предвзятости, шаблонности и умственной лени, которая позволяет спокойно отдаться во власть массового гипноза. Снайдер говорит:

А если экран выполняет ту же функцию, что и книги, давая доступ к тем же самым понятиям? «Глядеть в экран», читая электронную книгу – занятие иное, нежели глядеть в него же ради того, чтобы получить свою дозу дофамина («гормон удовольствия» – прим. перев.), просматривая ленту на Фейсбуке. Тем более, если это экран специализированного устройства, наподобие Kindle, которое, в отличие от телефона или планшета, лишено множества отвлекающих факторов. Черт, ведь и книгу Снайдера я читаю на своем ридере Kindle.

Если речь идет о повседневном чтении книг, вы не услышите от меня ни слова о том, что электронные книги в чем-то ущербны по сравнению с бумажными – ничего подобного. Но в контексте нашего разговора давайте вспомним о том, как на наши устройства попадают электронные книги. Они, конечно же, существуют в цифровом формате и в подавляющем большинстве случаев хранятся на сервере той или иной корпорации, а файлы с электронными книгами снабжены системой управления цифровыми правами, чтобы нельзя было получить к ним доступ с устройств-конкурентов. (Не все электронные книги продаются именно так, но это наиболее распространенный вариант.) Когда мы приобретаем электронную книгу, мы в большинстве случаев не «покупаем» ее на самом деле; мы получаем разрешение на то, чтобы книга отображалась на экране ряда устройств, одобренных продавцом. Таким же образом покупается большая часть музыки и видеопродукции.

Затем эти электронные книги передаются по проводам и/или беспроводным частотам, принадлежащим еще одной корпорации, которая предоставляет их нам на правах аренды. Поэтому даже если вы приобретаете бесплатную электронную книгу, находящуюся в открытом доступе, например, в формате ePub, вы, скорее всего, не сможете получить ее без помощи средств цифровой передачи, которые контролирует кто-то другой.

Вы уже поняли, к чему я веду. В электронных книгах заложено несколько уязвимостей – «точек сбоя», в которых доступ к электронной книге может быть прерван по ряду причин. Вспомним, как несколько лет назад из-за спора об авторских правах на цифровую версию «1984» (забавное совпадение) Amazon стерли с ридеров многих своих покупателей уже приобретенные ими копии книги. Они не просто приостановили дальнейшие продажи и даже не просто заблокировали доступ к файлам, хранившимся на их облачных серверах. Они вошли на устройства, физически принадлежащие их клиентам, и удалили оттуда книги – уже оплаченные и купленные. Клиентам в этом вопросе никто права голоса не предоставил.

Со стороны Amazon это была не более чем оплошность средней степени тяжести. Думается, их мотивы не были авторитарными, но этот случай показывает, как поразительно легко может компания распорядиться судьбой электронного контента, который, как мы верим, нам принадлежит.

Итак, все дело в долговечности и неизменности. Бумажную книгу, однажды напечатанную, нельзя стереть на расстоянии, нельзя просто заставить ее перестать существовать. Допустим, что какой-нибудь фашистский режим закроет все библиотеки и книжные магазины и даже пройдет по домам граждан, конфисковывая и сжигая книги – и все равно книги из бумаги останутся осязаемыми предметами, которые можно хранить, передавать друг другу, прятать, тайком переносить и перевозить и даже распространять, переписывая от руки при свете свечи. До тех пор, пока плохие ребята не сумеют в буквальном, физическом смысле наложить на них руки, им их не уничтожить. И книги будут читаться.

В случае же с электронными книгами нужна лишь небольшая уступка со стороны продавца (или сетевого провайдера, или производителя электронных устройств), чтобы ваше право выбора и возможность читать то, что вы хотите, были в одно мгновение аннулированы. Понятно, что то же самое касается и видео, и музыки и других аудиоматериалов – и, конечно, журналистики. Те единицы и нули, которые наши экраны и динамики преобразуют в информацию, можно стереть, подправить, заменить другими, а мы даже не будем знать, что это происходит, пока не окажется поздно.

И бумажные книги, и печатная журналистика (печатная в самом прямом смысле слова) несут в себе ограничения и неудобства, которых цифровые средства информации успешно избегают. Но те же самые ограничения придают им прочность и неизменность, оберегая как их, так и те мысли, которые в них заключены. Пусть и запертые в рамках своих физических параметров, бумажные книги и статьи способны обеспечить самый надежный путь к широкому мировоззрению, гибкому и разностороннему уму и свободному сознанию. Всему тому, чего не в состоянии отнять или изменить авторитарное государство.

Хочу пояснить свою мысль примером, опять же из книги Снайдера (выделено мной):

Будь это какие-нибудь подобия интернет-публикаций, они были бы стерты прежде, чем попали бы к кому-то на экран.

Есть еще один важный момент, еще один слой интеллектуальной «брони». Речь идет об акте чтения как о чем-то большем, нежели отвлечение от повседневности, большем, чем удовольствие. Потому что если мы читаем лишь электронный контент, специально разработанный для того, чтобы привлекать и удерживать наше внимание, или даже одну из наших драгоценных бумажных книг, но единственно ради удовольствия, мы все-таки кое-что упускаем.

Сегодня мне попался фрагмент из письма Франца Кафки своему другу, которым поделилась Мария Попова на Brain Pickings («Находки для мозгов» – популярный блог, созданный британкой болгарского происхождения Марией Поповой; посвящен всему, что может быть пищей для ума – истории, культуре, искусству, событиям в мире и др. – прим. пер.). В этом письме Кафка объясняет, что он думает о чтении книг (акцент мой):

Книги нужны не для того, чтобы достичь простого счастья. Если мы хотим расширить свои интеллектуальные и моральные горизонты, вооружить свой разум так, чтобы он был способен противостоять натиску дезинформации и оболванивания, стать более мудрыми, способными к сопереживанию и более творческими, необходимо читать такие книги, которые способны повлиять на нас, «как несчастье», или как-то еще.

А чтобы быть максимально уверенными в том, что у нас будут такие книги, что их можно будет увидеть, взять в руки, ощутить их запах, можно будет ими делиться, пересказывать их и цитировать и делать их частью своего опыта вне зависимости от любой власти или компании, нужно, чтобы они были материальными, осязаемыми предметами. Они должны существовать в реальном мире.

Так что извлекайте, пожалуйста, всю возможную пользу из своего ридера, читайте с его помощью все те книги, которые заставляют вас проснуться, переворачивают ваше сознание и меняют вашу жизнь.

Но кроме того, если можете, окружайте себя книгами. В самом конкретном смысле они могут спасти всех нас.