Вячеслав Рыбаков «Трудно стать Богом»

Повесть формально является продолжением одного из лучших произведений Аркадия и Бориса Стругацких «За миллиард лет до конца света». Действие повести происходит в наши дни, в нашем городе, только герои Стругацких постарели на десять лет, а изменились — лет на сто; таковы были эти десять лет в России. В центре сюжета — попытка ответить на вопрос, не дающий покоя христианской, да и не только христианской, культуре в течение многих тысяч лет: почему праведный несчастен, а неправедный счастлив? Пронзительно лиричная и одновременно — глубоко философская история человека, всю жизнь стоящего на грани ссоры с Мирозданием, и тем не менее остающегося человеком и мыслителем, сохраняющим способности любить, беречь и познавать. Концепция Бога-Мироздания, разработанная автором специально для этой повести, насколько можно судить, не имеет аналогов и предшественниц ни в мировой фантастике, ни в мировой теологии.

Продолжение повести «За миллиард лет до конца света» братьев Стругацких

В свою очередь у нее тоже есть продолжение — рассказ «Богу – Богово. » Владимира Германовича Васильева

Лингвистический анализ текста:

Приблизительно страниц: 96

Активный словарный запас: высокий (3102 уникальных слова на 10000 слов текста)

Средняя длина предложения: 60 знаков — на редкость ниже среднего (81)!

Доля диалогов в тексте: 37%, что близко к среднему (37%)

Номинации на премии:

номинант Интерпресскон, 1997 // Средняя форма (повесть) номинант Бронзовая Улитка, 1997 // Средняя форма

Похожие произведения:

Издания на иностранных языках:

mputnik, 26 апреля 2020 г.

«Время учеников» — это целый мир, в котором несколько поколений литераторов попытались если уж и не приблизиться к «литературному пьедесталу» АБС, то — хотя бы грамотно проимитировать это явление. Увы и ах, но в 90% случаев оной имитацией процесс и ограничился. Внешне — всё почти «один в один», с чувством, с огромным желанием, даже — с почитанием и где-то с благоговением, но. ещё раз увы — этого совсем не то, что ожидалось. Да, внешний вид — это почти половина успеха, но никак не больше оной половины, никак не больше.

Конкретно сей текст. Автор «прыгнул выше головы», выдал на гора нечто замысловато-философИчное, ненапряжно морализаторски-вдумчивое и фантазийно разнообразное. И . получилось — ПОЧТИ также, как и в первоисточнике. Но это «почти» — убивает все вышеозначенные положительные моменты. Суть (Идея) — она, безусловно, есть. Но она — ТРИВИАЛЬНА, аки валенок. Это — не мир Стругацких. И это — пардон, но не Фантастика. Это — именно — ИМИТАЦИЯ. Что было в «Миллиарде. »? Прежде всего — идея Гомеостатического Мироздания, некий эффект квазиразумной Вселенной, чей квазиРазум — «проявлялся» так, что ни доказать, ни опровергнуть его наличие было невозможно. Всё повествование балансирует на грани этой самой доказательности, и в этом — весь цимус, вся фишка повествования. Это вопрос Веры. Но — не требующей внешних признаков Культа. То бишь — проблематика позиции Личности, а не Бога. Религия — в любом её проявлении — ДИАМЕТРАЛЬНО ПРОТИВОПОЛОЖНА эффекту Гомеостатического Мироздания, путать одно с другим — противопоказано.

Но «литературное чудо АБС» заключается не только в наличии вот ТАКИХ супер-пупер захватывапющих идей. Всё повествование строится «вокруг этой Идеи», при её отсутствии сам текст просто теряет смысл. Все слова, диалоги, описания — служат одной единственной цели: коснуться специфики аргументации Идеи, натолкнуть на размышления о сути Идеи, и т.д. и т.п. Муссируются все возможные аспекты Идеи — целесообразность, достоверность, важность, и т.д. и т.п. В ИТОГЕ — получается «литературное чудо АБС». Сама Идея — неогранённый алмаз, весь текст — результат профессиональной специфической огранки. Текст — бриллиант, в котором все три составляющих литТриады (Тема + Идея + Антураж) — гармоничны аки схема ограники, выверены с МАТЕМАТИЧЕСКОЙ точностью.

Здесь же получилось. — нечто СВОЁ: по сути, по специфике идейного наполнения, по антуражному оформлению. При чём тут АБС. Какие Миры Стругацких? Где тут Стругацкие?

Ах, да-да-да. как же это мы упустили. Внешний вид. Ну, да — имитация именно внешнего вида — имеет место, да. Но это же. пардон, опошление первоисточника. Не «дань памяти», а — чистой воды профанация. Именно так. Зачем путать Божий Дар с яичницей? Для чего? Книжка — в итоге — вполне себе более-менее ничего. Но это книжка — из ДРУГОГО МИРА

Vuvuzela, 23 августа 2014 г.

Мда. Как там говорилось:

«Гипотеза о Боге, например, дает ни с чем не сравнимую возможность абсолютно все понять, абсолютно ничего не узнавая…»

Вообще я бы сии фанфики назвал не «время учеников», а «фальшивые елочные игрушки». Вроде бы и блестят, но не радуют.

mogzonec, 21 апреля 2015 г.

«За миллиард лет. » Стругацких для меня — это узнавание времени: глухие 80-е, пустота жизни, ничего не происходит, но страсти уже закипают, московское чаепитие и многое другое, что близко и понятно любому, кто тогда пытался разобраться в том, что происходит вокруг нас, и для чего мы живем. «Трудно стать богом» Рыбакова, хоть и формальное продолжение «Миллиарда. », хоть и вступает в определенный концептуальный спор с идеями Стругацких, но, в первую очередь, это все-таки блестящее и эмоциональное описание еще более глухих 90-х, точнее их первой половины. И это также узнавание времени, близкое и понятное каждому, кто тогда метался, пытаясь разобраться, ну не идиоты ли мы, или же выбор был все-таки правильный. Рыбаков великолепно передал время, настроение, метания, используя ту же чуть грустную, спокойную стилистику, характерную для «Миллиарда. » Стругацких, но при этом сохранил свою рыбаковскую экспрессию. Не думаю, что он писал реальное продолжение повести Стругацких, он писал все-таки свою повесть, немножко дискутируя с Учителями, пытаясь передать собственное восприятие того времени. А станет ли человек Богом — вопрос этот у него так и остался открытым. Ведь сосуществовать с богом, еще не значит быть им.

Странное ощущение. С одной стороны очень хочется высказать свое мнение об этой повести, с другой, чувствую, что автор поделился со мной чем-то настолько личным, если хотите интимным, что все размышления вслух тут не уместны. Миллиард. Стругацких я, если честно прочел один раз, довольно давно, и не скажу, что тогда посчитал эту работу даже в числе сильнейших в творчестве братьев. То, что я, довольно слабо, знаком с оригиналом, немного помешало, вначале, пониманию сюжетной линии. Но потом я вернулся к началу, немного вспомнив, в чем суть, и стал читать повесть КАК ОБСОЛЮТНО ОТДЕЛЬНОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ, БЕЗ ПРИВЯЗКИ К СТУГАЦКИМ. И тут, для меня все стало на свои места!

Я уже обращал внимание в своих комментариях, что то, что написано в девяностых, особенно в произведениях такого рода, надо четко привязывать ко времени написания, личности автора, среде, которую описывают, а , соответственно и восприятие мира той средой, и все это увязывать на личность читающего! Мне лично, не сочтите за обиду, собратья, достаточно сложно представить 18-ти летнего, пусть и начитанного, читателя, который всей кожей, до мурашек на ней, прочувствует шок, переживания, растерянность , попытки поиска нового пути для себя лично и близких своих, а так же попытки не оставить , не предать , не бросить то дело, науку, которой посвятили какую-то часть жизни своей! Так получилось, что будучи студентом, в начале двухтысячных, я столкнулся со многими персонажами, которые могли бы стать прототипами к главным героям повести. Каждого из них, с известной долей допущения, можно сопоставить с четырьмя путями, предложенных автором, для людей, волею исторического развития, нежданно, занесенных в эпоху перемен! И могу сказать, что были среди них те, кто сохранил СЕБЯ. Свои идеалы, любовь к своему делу, неприятие того, что в своей сути может отравить любую идею и помысел. Были и те, кто за рюмкой, или кружкой чая могли долго, а главное интересно, рассказывать и рассуждать о многом, потихоньку покрываясь пылью, так же, как их великолепные библиотеки и коллекции. Были и те кто, гордо и напоказ, нес рубцы и заботливо гниющие раны, не забывая сунуть тебе их под нос, и, непременно, указать. что ты недостоин, обо не можешь так страдать ради науки, учительства и т.д. и т.д. и т.д. Были те, кто удачно совместил свою деятельность, прошлое воспитание и материальное воплощение своих мечтаний. Не мне их всех судить.

Главное, что показал автор, на мой взгляд, это то, что в жизни человека должен быть стержень, опора. И ее он видит в ЛЮБВИ. Именно она помогает ГГ пережить все тяготы, унижения, страх. Пусть для него самого и не осознанно, в сомнении, по крайней мере большую часть повествования. И не причем тут гомеоста. какое-то там мироздание, действовавшее во всем своем всемогуществе, у Стругацких, как мелкий рэкетир. Дело в человеке. И от него будет зависеть стержень, который питает его дела и помыслы. Любовь может ведь быть не только к близким, семье, людям, но и к истине. Но эта любовь приводит на костер, а не на Богом забытую окраину, в виде бомжа обливать собеседника презрением и желчью!

Рассуждать как именно связано произведение с Миллиардом. теперь, после прочтения, я считаю, бессмысленно. И спор это со Стругацкими или ответ. Какая разница? Повесть сама по себе очень нужная, полезная, кстати, написанная языком, наполненным образами и смысловыми посылами, и надо быть грамотным человеком, что бы уловить их. Стилистика полу-сожженной рукописи, на мой взгляд, выбрана и выдержана очень удачно. Атмосфера начала девяностых, труд ученых, переводящих ради заработка всякую безграмотную писанину, хохоча, чтобы не впасть в крайний цинизм или отчаяние; прописано так, что , по неволе , задумываешься об автобиографичности. Ну а финал. Это личное дело каждого. По крайней мере автор имел полное право подвести своего ГГ к именно такому.