Приоритет - достижение господства в воздухе

Об авторе: Валентин Григорьевич Рог - академик РАЕН и АВН, доктор военных наук, профессор, заслуженный деятель науки и техники России, генерал-майор авиации в отставке.

В "НВО" (# 21, 2001 г.) опубликована содержательная статья профессора, генерала Владимира Слипченко "Бесконтактное истребление", посвященная второй годовщине со дня окончания агрессии НАТО против Югославии - прообраза войн XXI в.

Статья содержит новые обобщения и данные, имеющие познавательную ценность в области теории и практики оперативного искусства. Предложен также ряд оригинальных и в то же время явно спорных, неприемлемых положений.

Утверждается, например, что "если удары по Ираку в феврале-марте 1991 г. были своего рода прообразом бесконтактной войны, то атаки Сербии и Косово в марте-июне 1999 г. явились тщательной отработкой уже образа бесконтактной войны".

По существу речь идет о применении в теории военного искусства нового понятия - "бесконтактная война". К сожалению, автор не раскрывает сути нового понятия, с учетом, естественно, положений Военной доктрины РФ и военных доктрин основных стран Запада.

Вводится и новое название операции - "воздушно-космическо-морская ударная операция". По этому поводу можно лишь заметить, что подобное "нововведение" не соответствует уставным документам ВС США, являющимся, кстати, основополагающими и для ВС стран-участниц НАТО. И вряд ли оправданы попытки, направленные на изменения содержания уставных положений видов Вооруженных сил иностранного государства.

И дело не только и даже не столько в терминологических тонкостях, хотя и их нельзя недооценивать. Еще существенней то, к какому смелому и, прямо скажем, далеко ведущему умозаключению приходит автор. "Важный вывод, - пишет он, - который следует сделать из результатов подавления ПВО Ирака (декабрь 1998 г.) и Югославии (1999 г.), а также из продолжающихся экспериментов в Ираке, состоит в том, что в бесконтактных войнах наступает конец не только противосамолетной обороне в нынешнем ее понимании, но и конец любой ПВО, системообразующей которой является классическая активная радиолокация".

Таким образом, получается, что грядущее - за бесконтактными войнами и что их ведение означает конец любой ПВО. Это можно отнести и к ПВО России, и к современной объединенной системе ПВО СНГ, и к объединенной системе ПВО НАТО на европейских ТВД и т.д. Вот такой "истинно революционный переворот" способны внести в вооруженную борьбу так называемые "бесконтактные войны".

Если генерал Слипченко прогнозирует "конец любой ПВО", то логично услышать от него хотя бы намек: а что же он предлагает (предполагает) взамен? И чем объясняется, что в реальности государства мира, прежде всего США и Западной Европы, а также наше Отечество, продолжают расходовать громадные средства на укрепление и дальнейшее развитие сил и средств современной и ближайшей перспективы ПВО? К сожалению, этот вопрос остался без ответа, даже без намека на ответ.

Как уже говорилось, в статье не сформулировано, даже в первом приближении, содержание принципиального, по мнению автора, понятия - "бесконтактная война". Однако, судя по ее содержанию, под бесконтактной войной профессор Владимир Слипченко, видимо, понимает войну, ведущуюся с широким или преимущественным применением высокоточного оружия (ВТО), в т.ч. и массовым применением высокоточных крылатых ракет воздушного базирования (КРВБ) и крылатых ракет морского базирования (КРМБ). В такой войне не будут характерными линии фронтов, линии боевого соприкосновения войск и др. Об этом не сказал профессор Слипченко, но это можно домыслить, опираясь на содержание статьи, в частности, и на такое его суждение: "Воздушно-космическо-морская ударная операция проведена полностью бесконтактным способом" (имеется в виду агрессия США и НАТО против Югославии).

Нельзя не заметить тонкого снисходительного отношения уважаемого профессора к ВВС. Дескать, "самолеты-носители ВВС. действовали в составе разведывательно-ударных боевых систем и были лишь "подносчиками боеприпасов". Излишне напоминать, что современные самолеты, особенно стратегические, представляют собой не "лишь подносчики боеприпасов", а высокотехнологичные системы (ударные, разведывательные, ударно-разведывательные). Они предназначены для ведения боевых действий в составе ударных групп (ударных эшелонов), групп обеспечения (эшелонов обеспечения) оперативно-тактического построения сил авиационного объединения (авиационной группировки) в воздухе.

С упомянутыми выше умозаключениями уважаемого профессора согласиться нельзя в силу их неправомерности и необъективности. Они не отвечают, повторюсь, ни букве, ни духу действующих уставных документов ВС РФ, военным доктринам и уставным документам других стран мира, в том числе США.

Так, в уставных документах ВС России в понятие "война" вкладывается следующее содержание. Это общественно-политическое явление, связанное со сменой отношений между государствами, народами, социальными группами и с переходом к применению средств вооруженного насилия для достижения политических, экономических и других целей.

В Основной воздушно-космической доктрине ВВС США прямо заявлено: "Война является жестким противоборством для достижения поставленных политических целей. Война - инструмент политики".

Исходя только из приведенных определений, понятие "бесконтактная война" теряет смысл, как в теоретическом, так и в практическом плане для теории военного искусства.

Аксиоматично также, что основной формой войны является вооруженная борьба, представляющая собой совокупность военных действий различного масштаба, проводимых в различных физических средах (на суше, на воде, под водой, в воздухе, в космосе) для достижения политических и стратегических целей.

Важно обратить внимание и на то, что каждой войне свойственны особые социально-политические, правовые и военно-стратегические черты, обусловленные политическими целями страны, масштабами ведения, применяемыми средствами вооруженной борьбы, способами действий ВС, которые в комплексе определяют ее характер.

Таким образом, война - это прежде всего общественно-политическое явление. И основной ее формой является вооруженная борьба,

Важное значение в Военной доктрине РФ уделено четкой характеристике общих черт современных войн. Да, к ним Доктрина относит и широкое использование непрямых, неконтактных форм и способов действий, дальнего огневого и электронного поражения; поражение войск (сил), объектов тыла, экономики, коммуникаций на всей территории каждой из противоборствующих сторон, проведение воздушных кампаний и операций.

Вместе с тем в ряду основных задач Вооруженных сил РФ значится и такая: "Развитие противовоздушной обороны Российской Федерации как единой системы на основе централизованного управления всеми силами и средствами противовоздушной обороны." И это вопреки грядущему якобы "концу любой ПВО". Становится очевидным, что введение в теорию военного искусства понятия "бесконтактная война" - неправомерно и необъективно.

Тем не менее правомерным является признание таких понятий, как: неконтактный (бесконтактный) способ нанесения огневого поражения на всю глубину оперативного построения войск, а также по важным военным и военно-промышленным объектам глубокого тыла противника вне их визуальной видимости и непосредственного боевого соприкосновения войск сторон.

Ядерное оружие, которое может быть применено в ракетах, в т.ч. в высокоточных, является и будет (если человечество не добьется реального его запрещения и уничтожения) самым жесточайшим массовым средством бесконтактного истребления земной цивилизации.

Коль скоро профессор Слипченко предсказывает конец любой ПВО, то, по логике, должен наступить конец и любой ПРО.

Однако же президент США Джордж Буш заявил о создании НПРО. И наряду с этим в США принята программа развития ВТО, реализация которой намного увеличит возможности ВВС и ВМС по неконтактному поражению объектов противника в обычной войне.

В наступившем XXI в. воздушно-космическое пространство (ВКП) превратится в основную, решающую среду ведения военных действий в обычной, особенно крупномасштабной, войне. Кто (страна, союз стран) будет владеть господством в ВКП, тот будет владеть инициативой и успехом в ведении военных действий на суше и на море.

Необходимо все же подчеркнуть, что создание и принятие на вооружение космических ударных средств в обычном снаряжении, например в США, возможно не ранее 2020-2030 гг.

В настоящее время и в обозримом будущем ведущими мировыми державами планируется применение космических сил и средств только в интересах обеспечения военных действий военно-воздушных и военно-морских сил, а также сухопутных войск путем разведки, навигации, связи, РЭБ.

Неоспорим вывод отечественного и военного искусства о решающей роли военно-воздушных сил в завоевании и удержании господства в воздухе (ВКП). При этом борьба за господство - не самоцель, а создание благоприятных условий боевой обстановки в воздушном пространстве, при которых объединения (соединения) всех видов ВС, прежде всего Сухопутных войск, способны выполнять поставленные задачи с максимальной эффективностью, неся минимальные потери в живой силе и боевой технике, а тыл страны функционирует без существенных сбоев.

Высокоточное оружие как неконтактное средство огневого поражения - порождение второй половины XX столетия. Оно продолжает стремительно развиваться, наступать, доказывать свои преимущества в обычных локальных и региональных войнах. Ему принадлежит ведущее значение в обычных войнах будущего.

В новейшее время бурное развитие получили высокоточные крылатые ракеты воздушного базирования средней и большой дальности в обычном снаряжении. К ВТО класса "воздух-поверхность" относятся и корректируемые авиабомбы (КАБ), самонаводящиеся бронепробиваемые элементы.

Высокоточное оружие всех классов во второй половине XX столетия стало неотъемлемым и самым эффективным средством вооруженной борьбы в трех ее геофизических сферах: воздух-космос, суша, море.

Отечественный ЗРК С-300 обеспечивает уничтожение ЛА с эффективной площадью рассеивания (ЭПР) от 0,02-1 кв. м на высотах от 10 м до 27 км на дальностях 23. 150 км с вероятностью 0,8-0,95. Комплекс С-300 помехоустойчив, высокомобилен (время свертывания и развертывания комплекса на позиции полного типа не превышает 5 мин.) и способен одновременно обстреливать до 6 воздушных целей при наведении на них до 12 ракет

Современные высокоточные ракеты класса "воздух-воздух" способны поражать самолеты противника с вероятностью порядка 0,9-0,95 (без помех со стороны противника) на дальностях 100 км и более. Так, УР "воздух-воздух", состоящие на вооружении современного истребителя МиГ-31, способны уничтожать воздушные цели на дальности до 120 км.

Фактически применение ВТО увеличивает эффективность истребительной авиации в борьбе с воздушным противником в десятки раз по сравнению с применением самолетами-истребителями неуправляемого пушечного вооружения.

Профессор Владимир Слипченко, как уже отмечалось, утверждает, что война в Персидском заливе (1991 г.) - прообраз бесконтактной войны, а агрессии США и НАТО против Югославии (1999 г.) - тщательно отработанный образ бесконтактной войны. Ни тем, ни другим эти обычные войны не являются.

Применение современного оружия, в особенности высокоточного, требует весьма больших финансовых затрат. По оценкам экспертов США, воздушные рейды и ракетные обстрелы иракских позиций обходились американской казне в 500 млн. долл. в сутки. Стоимость операции "Буря в пустыне" в целом в 1991 финансовом году оценивалась в 40-50 млрд. долл. Это одна из причин, что в войне в Персидском заливе, наряду с применением ВТО, нашли широкое применение неуправляемые средства поражения, в частности авиабомбы.

В агрессии США и НАТО против Югославии, начавшейся 24 марта 1999 г. (операция "Решающая сила"), резко возрос удельный вес высокоточных крылатых ракет. Это одно из веских доказательств повышения роли высокоточных КРМБ и КРВБ и в целом ВТО в вооруженной борьбе.

Однако растет и применение неуправляемых средств поражения, а также защищенность объектов ударов против применения высокоточного оружия по ним.

Высокоточное и неуправляемое обычное оружие еще десятилетиями будут применяться "бок о бок" в обычных войнах различного масштаба.

Непременной предпосылкой успешного применения КРМБ и КРВБ является дальнейшее совершенствование и повышение надежности космических систем (аппаратов) навигации и связи.

В современных условиях и на обозримую перспективу в качестве одного из эффективных средств стратегического сдерживания следует считать ВТО класса "воздух-поверхность" ("воздух-корабль") и "поверхность-поверхность" ("корабль - поверхность") в обычном снаряжении, а именно КРМБ и КРВБ большой дальности (порядка 2000-5000 км).

И последнее. В интересах обеспечения военной безопасности нашей страны необходимо не на словах, а на деле уделить должное внимание финансированию НИОКР по созданию, испытанию и принятию на вооружение ВВС и ВМФ современного высокоточного оружия, в первую очередь КРВБ и КРМБ средней и большой дальности в обычном снаряжении как нового, мощного и надежного средства стратегического сдерживания от развязывания крупномасштабной обычной войны против России и ее союзников. Тем самым будет в наибольшей мере реализовано требование Военной доктрины Российской Федерации о стратегическом сдерживании.