Вечно молот. Рекорд Юрия Седых до сих пор никому не по силам

Юрия С­едых - легендарного метателя молота, обладателя самого старого легкоатлетического мирового достижения у мужчин - мы нашли на спортивной кафедре Парижского университета.

Се ля ви

- Мне было 35 лет, 15 из которых я провёл в сборной на первых ролях. В голове крутилось: ну не смогу вечно метать на этом уровне. А тут французский легкоатлетический клуб пригласил меня выступить за него на коммерческих соревнованиях. Я подумал: почему нет. Тем более время было такое: спортсмены, тренеры хватались за любые предложения, чтобы выжить. 91-й год.

Наталья тоже стала выступать за французский клуб. Надорвала на турнире связку на локте, дальше дала о себе знать межпозвоночная грыжа. Операция за операцией. А тут раз - и родилась у нас дочь. Жена могла ещё продолжать соревноваться, ей всего 32 года было. Но я эгоистично продолжал метать, а Наталья сидела с ребёнком. В общем, она закончила со спортом. До сих пор меня укоряет: ты, мол, меня заставил. Ну не знаю, так получилось, мы ведь одни были, помогать некому.

Потом знакомые предложили должность на спортивной кафедре в университете, и я без раздумий согласился - язык-то к тому времени неплохо освоил, да и на жизнь надо было зарабатывать. Так и преподаю уже 16 лет, мне нравится: общаешься с большим количеством людей, ищешь методы, пытаешься заинтересовать студентов. Как тренер я себя тоже в какой-то мере реализовал. Наша Алексия (дочь. - Ред.) - чемпион­ка юношеской Олимпиады в метании молота. Мы с Натальей вместе её готовили. Но надо сказать, что быть полноценным тренером в метании во Франции позволить себе могут 2-3 человека - наставник сборной команды и какого-нибудь крупного цент­ра. Все остальные - это те, которые тренируют в свободное от офисной работы время.

А Россия… Да как-то не особо звали. Сначала в лёгкой атлетике был бардак, а потом, когда по­явилось финансирование и дела пошли на поправку, беседовали мы с президентом федерации Валентином Балахничевым. Хотел он привлечь меня к административной работе. И как бы уже всё было на мази. Но в последний момент я отказался. Ну не моё это, понимаете. Не вижу себя в роли чиновника, занимающегося политикой. Неважно, страны или какой-то организации, - тут надо уметь играть, врать. А я человек конкретных понятий, земли, работать умею только с тем материалом, что знаю.

В Москве бываю несколько раз в год. Это удовольствие - после Франции окунуться в какую-то особую нашу суету. В любом случае я никогда не стану французом.

Нелёгкая атлетика

В спорте, как в науке или искусстве, гении рождаются не каждый день. Бах - и появляется человек, заряженный на результат, идеально выполняющий движения в соответствии с требованиями дисциплины. Посмотрите, что вытворяет Усейн Болт: как красиво и легко бежит. Ямаец создан для того, чтобы опередить время. Я, выходит, опередил время уже на 28 лет. И пока не вижу человека, который мог бы побить мой рекорд. Наверное, прозвучит нескромно, но нынешнее поколение в недостаточной степени обладает теми качествами, что были у меня.

Когда ко мне за интервью обращались французские журналисты, непременно всплывала тема допинга в СССР. Я на это отвечал: за карьеру сдал полтысячи проб, и ни одна не была положительной. Я просто некомпетентен в допинг-вопросе. На этом моменте французы теряли ко мне интерес. Так устроены современные СМИ: им нужны скандал, разоблачение, пиар. Нет пиара - нет человека. Писать про то, как даются медали, не очень им интересно.

Конечно, сама жизнь оттягивает от спорта. Вспоминаю: 67-й год, когда я только начинал. Мы же все после уроков бежали в свои секции. А чем ещё заниматься - ни компьютеров, ни телевизоров. Сейчас у ребёнка огромный выбор, как провести свой досуг. Спорт перестал быть чем-то особенным, фаворитным. Да и мест для занятий лёгкой атлетикой в России всё меньше. Раньше в Москве можно было найти 5-6 площадок, где практиковали метание, сейчас, по-моему, только одна. В парижском регионе, например, 20. Но справедливости ради скажу: в той же Франции очень мало легкоатлетических тренеров такого уровня, как в России. Научно-методические разработки у нас до сих пор одни из лучших. И обеспечение у российских спортсменов сейчас такое, что другим остаётся только завидовать.

Да, я слышал, что сейчас в сборной России подумывают об усилении: хотят привлечь кений­ских бегунов на средние и длинные дистанции. У кого-то эта идея вызывает отрицание. Но по­смотрите на сборные Франции, Англии, Швеции - они не обходятся без ребят другого цвета кожи. Слишком очевидно доминирование их на дорожках. Можно, конечно, остаться прин­ципиальными в этом вопросе. Но нужно ли? Цель ведь не в том, чтобы с помощью африканцев добыть медаль. Приглашение иностранцев может всколыхнуть наших спортсменов. Да, были в прошлом веке Болотников, Десятчиков, Куц. Но это другая эпоха. А сейчас - пустота. Это как с российским футболом: он вроде бы существует, о нём постоянно пишут. Но заходит речь о чемпионате мира, и выясняется, что футбола нет. Так и с бегунами. Почему бы не попробовать выглянуть из своего котла, в котором варимся? Знаете, для того, чтобы оживить кровь, должны быть мутации.