Режиссер «Скифа» Рустам Мосафир о брутальном кино, отсутствии в России звезд уровня ДиКаприо и древнерусском «Безумном Максе»
В российский прокат вышел уникальный фильм «Скиф» – первый в России фантастический боевик на основе отечественной истории, снятый в духе самурайского кино. Действие ленты разворачивается в прошлом, ратник Лютобор ради спасения семьи вынужден идти на бой вместе с пленником Куницей, представителем вымирающих скифов, превратившихся в безжалостных наемных убийц. Враги идут бок о бок через дикий степной мир, но смогут ли они пройти живыми через пристанище скифов? Tricolor TV Magazine узнал у сценариста, режиссера и актера фильма Рустама Мосафира («Беглецы») о том, как создавался «Скиф», зачем снимать фэнтезийный боевик без спецэффектов и как он связан с Коловратом и Мэлом Гибсоном.
Рустам Мосафир на съемках фильма «Скиф». Фото: ruskino.ru
Рустам, как получилось, что «Скиф» родился из истории про Коловрата? Что послужило толчком к созданию «Скифа»?
«Скиф» родился из моей любви к жанру самурайского кино и к жанровому кино в общем. Я большой поклонник мужского, брутального, кровавого, фактурного кино, такого как «Конан-варвар» (смеется. – Прим. ред.). В Японии есть самурайское кино, в Америке – вестерн, а вот в России таких фильмов еще не было. И вот года четыре назад с моим другом, актером Алексеем Фаддеевым, мы разговаривали на эту тему. Алексей родом из Рязани, где стоит памятник витязю Евпатию Коловрату. Он о нем вспомнил, и мы решили, что Коловрат – прекрасный герой фильма, почему же до сих пор о нем ничего не снято? Начали изучать материал и довольно быстро, меньше чем за месяц, написали сценарий вместе с коллегой, сценаристом Вадимом Головановым.
Сценарий фильма про Коловрата?
Да. Я придумал бюджетный фильм-предысторию – «Коловрат. Восхождение». Решил, что если получится снять первую часть, то потом можно будет найти бюджет на большое кино про Коловрата. Вторая часть ленты называлась «Коловрат. Дорога в бессмертие» – по аналогии с фильмами 80-х (смеется. – Прим. ред.). Мы со знакомым продюсером пытались подать наш проект в Фонд кино, но в этот же самый момент по странной случайности в Фонд кино подался «Централ Партнершип» с такой же историей про Коловрата. То ли идеи влияют на всех сразу, то ли надо молчать все время, индустрия же тесная… Так или иначе, в тот год было две заявки про Коловрата – нам отказали в питчинге, а деньги выделили компании-лидеру. Но я не отчаялся, показал сценарий Сергею Сельянову (глава «СТВ». – Прим. ред.), и он ему очень понравился. Но так как было понятно, что «Централ Партнершип» уже будет делать это кино, нам выпускать своего Коловрата не было смысла. Чтобы отвлечься, я стал думать о скифах (народ, существовавший в VIII в. до н.э. – IV в. н.э. – Прим. ред.). У скифов было все, что я люблю в кино, – и тайна, и кровавые ритуалы. Однажды в разговоре редактор «СТВ» натолкнул меня на мысль, что сценарий про Коловрата был хорошим, а сюжет – универсальным, то есть героев и другие элементы можно было бы поменять, не трогая удачную основу. На основе старого мы и написали новый сценарий «Скифа». С этим проектом пошли в Фонд кино, и нас поддержали.
В отличие от блокбастера «Легенда о Коловрате», «Скиф» полностью снят на живой натуре, в картине практически нет спецэффектов
«Скиф» – это все-таки не история, а фантастика на основе российской истории, нашего прошлого?
Да, это боевик с фантазией на тему, как могло бы быть в прошлом. Первое кино в таком роде. В фильме скифы соседствуют со славянскими народами. В данном случае мы берем Тмутараканское княжество (русское княжество, существовавшее в X-XII веках на Таманском полуострове и в Восточном Крыму с центром в городе Тмутаракань, Тамань. – Прим. ред.), оно, кстати, менее всего отражено в кинематографе.
О чем история фильма «Скиф», как вы определили его основную идею?
Это фильм про двух героев, Лютобор – славянин, а Куница – скиф. Поступки у них разные, но их связывает одно – у каждого есть своя правда и свое представление о чести и достоинстве . Это достаточно жесткое кино о том, как в непростых условиях остаться человеком и быть мужественным. Но, помимо драк, крови и экшена, это еще и драматическая история. В «Скифе» показан большой спектр человеческих отношений и характеров, это фильм со смыслом, а не просто драки.
Какие фильмы вас вдохновляли во время создания «Скифа»?
Это самурайское кино, начиная с жанров тямбара (экшен) и дзидайгэки (костюмированные драмы), от культовых картин Куросавы до жанровых лент его современников. Плюс вестерны 70-х годов. Также вдохновлял Мэл Гибсон – и как человек, и как режиссер, особенно его «Храброе сердце» и «Апокалипсис». Визуально также – датский кинорежиссер Николас Виндинг Рефн («Вальгалла: Сага о викинге»). И, конечно, «Безумный Макс» – как образец великолепного видения режиссера. По сути, «Скиф» – это древнерусский, древнескифский «Безумный Макс».
Правда ли, что вы специально искали неизвестных актеров на главные роли?
В России нет суперзвезд, которые гарантированно делают кассу фильму. Леонардо ДиКаприо притягивает публику во всем мире. Но у нас нет своего ДиКаприо. Кроме того, наша аутентичная история требовала немедийных лиц.