Причудливо тасуется колода.
Как причудливо тасуется колода, и ученый с мировым именем вдруг оказывается оригинальным и глубоко чувствующим поэтом… И хотя наш выбор стихов из сборника В. Анисимова, посвященного великому роману М. Булгакова «Мастер и Маргарита», может показаться субъективным, все же он дает представление о человеке, удивительным образом в череде будней не растерявшим, вопреки своим словам, «пыл младой и чувств задор»
«Не могу играть в атмосфере травли со стороны завистников». Бегемот
Давно у нас в стране такое повелось – От Пушкина до Бродского всех гениев травили, Им до преклонных лет дожить не удалось – Их персонально или музу их убили.
Не поется, нет голоса, рвется струна, Клавиш мало в рояле разбитом… Почему же такая большая страна Ценит гениев только убитых?
Каждый третий в оркестрах их – хоть и еврей, Но гордится своей русской школой, Здесь – стучись, не стучись, не откроют дверей, Где король – обязательно голый.
Уезжают за море, в силиконовый рай, Наши мальчики – гении мысли, Не нужны они здесь, хоть ложись – помирай, Едут, чтобы мозги не прокисли.
Почему математик, спортсмен, музыкант, Биохимик, художник, ученый и врач Должен где-то продать свой зарытый талант, А страна, где родился, – талантам палач?
Не надейтесь на то, что царь добрый придет, Всех накормит, оценит, рассудит, Что холуйство и зависть из душ уберет, Не надейтесь – такого не будет!
Когда сами, жестоко, без скидок к себе, Сможем вытравить в душах лакейство и рабство, Возродятся любовь и весна на земле, Снова честь будет нашим богатством.
«Кто же управляет жизнью человеческой и всем вообще распорядком на земле?» Воланд
Кто верит в судьбу, кто в случай, кто в Бога: Какая достанется в жизни дорога? Кому повезет, а кому и не очень, Как выпадет жребий и что черт захочет? Карта в раскладе удачно ли ляжет, Что телевизор сегодня покажет? Каков Божий промысел, нить бытия, И будет ли мир на планете Земля? Продлится ли род, не разрушат ли башни, Плетут ли наветы, заводят ли шашни? Я верю, что жизнью любовь управляет, И жаль мне всех тех, кто ее не познает. Любовью пронизана жизнь на планете, Мы сыты плодами ее и согреты, И что впереди вас уже поджидает, Цыганка по вашей руке нагадает…
«Как причудливо тасуется колода!» Воланд
(Лекция по эволюционной генетике)
Порой природы шутки неожиданно лукавы, И расшифрованный геном нам показал: От червяка до человека столь различье мало, Что кажется – Господь, творя Адама, отдыхал.
В калейдоскопе генов не одна загадка. Тот профилем – орел, но сердцем робкий кролик. А эта расцветает, как утенок гадкий, А с этим говорить – умрешь от смеха колик.
У этой мышки скромные замашки, Но чистая и верная душа, Пусть в арифметике у ослика промашки, Зато походка дивно хороша.
По родословной все – от Евы черной, В смешеньи генов есть ирония своя, Иной гордится – мол, я родом благородный, А всем без генов видно, что свинья.
И в ужас погружен сегодня арий, Ведь в генах каждого и ниггер, и еврей. Свихнуться можно нам от новых знаний, Не отличить людей, порою, от зверей.
Причудливо тасуется колода, Король и шут, патриций и плебей, И важно ли, какого ты есть рода? Важнее, что ты брат для всех людей.
«Можно ли променять холостую свободу на тягостное ярмо!». Бегемот
(Лекция: Репродуктивное поведение и долголетие)
Казалось бы, ответ так очевиден – Свободы жаждет каждый человек. Но почему научный факт обиден – Когда ты холост, то короче век.
Любовным битвам все бы посвятил, Число побед на бесконечность множа. Но тают с ними и запасы сил, Тем жизнь свою мы сокращаем тоже.
Когда ты, словно птица, окольцован, Хотя не в клетке, но не на свободе, Избранницей своей не околдован – Довольно тускло жизнь твоя проходит.
Сполна семейной жизни ощутив ярмо, Долги, детишки, нелады с женою, Сбежал бы в монастырь. Хоть это не дано, Мечтает брат наш о таком порою.
В монастыре – режим и постная еда, В молитве праведной и дни и ночи. Вас ждут покой и долгие года. Увы, доказано – монашья жизнь короче…
Наука нам совет дает – женись! Пускай ошибки и пожары здесь бывают, Когда есть дети и любовь – гордись, Они лишь наши годы продлевают!
«Фортуна может и ускользнуть». Коровьев
Держи фортуну крепко, не дай ей ускользнуть, Не позволяй другому свечу твою задуть. Держи на расстоянии унылых и невежд, И девушкам напрасно не подавай надежд. Садясь за стол с друзьями, вставай слегка голодным, Держи горячим сердце, а голову холодной. Когда ты в затруднении, кому и что сказать, То говори лишь правду – не нужно будет лгать. Пиши стихи, коль можешь, а можешь петь, так пой, Не скучным быть старайся в компании любой. Своих советов сотни могу я за день дать, Но как же мне фортуну, чертовку, удержать?
«Оскорбление является обычной наградой за хорошую работу». Азазелло
Не жди награды за труды, Не ожидай признанья. Пускай останутся дела, Не ордена и званья.
Ведь жизни формула проста – Дающий – получает. Кто на Горе был снят с креста, Он это точно знает.
А тот, кто не свое возьмет, Пусть щеки надувает – Хоть в общем хоре и поет, Но слов и нот не знает.
И пусть натешится, чудак, Украденной наградой. Цена ей в будний день – пятак, Тебе такой не надо.
Но если в радость тебе труд, Доволен будь удачей. А те, кто лишь награды ждут, Не получив, пусть плачут.
Сегодня все в продаже есть – Дипломы, цацки, званья, Продажны преданность и честь, Увы, продажны знанья.
И утешаюсь я лишь тем – За злато нет таланта, А без него ты просто нем – Рояль без музыканта!
«Тем, кто хорошо знаком с пятым измерением, ничего не стоит раздвинуть помещение до желательных пределов». Коровьев
Когда в пространстве жизни, мироздании, Мы измеряем личность человека, Используя шкалу известную от века, И ограниченную мира пониманием, Мы пыжимся: о, замыслов высоты! О, кругозора ширь и мыслей глубина! Но отличаемся лишь тем от идиотов, Что говорим раздельные слова. Мы даже знаем – наше бытие конечно, Поскольку время так стремительно летит. И формулой Эйнштейна, зазубрив навечно, Здесь козыряет каждый эрудит. Что формулы? Их время в пыль сотрет. У вечности совсем иная мера. Кто измеренье пятое найдет, Тот обретет совсем другую веру. Лишь ты, любовь, и кто тебя познает, Раздвинуть сможет чувства и пределы. И пятым измереньем управляя, Влюбленный даст полет душе и телу.
«Огонь, с которого все началось и которым мы все заканчиваем». Азазелло
Из чувств своих сложи костер, Подлей страданья в пламень, И для писания стихов Заложен первый камень.
Когда же кладки ровный ряд Из первых рифм уложишь, Подружек юных лести яд Перенести ты сможешь.
Но пыл младой и чувств задор С годами остывают, И время, как в тумане вор, Без новых тем растает.
Но коль к тебе Любовь придет И ей откроешь двери, В свои стихи и рифм полет Ты искренно поверишь.
И будет страстью напоен Фонтан из звонких строчек, И каждый новый Божий день Закончен бурной ночью.
Но, исчерпав себя до дна, Сожжет дотла пожаром, Оставит томик или два - И жизнь прошла недаром.
Ведь все проходит. Чувств вулкан, Излившись, стынет лавой. И, если свыше дар твой дан, Утешит тихой славой.
И внучка вечером придет, Вздохнет и рядом сядет, И книжку старую найдет, И грустно как-то взглянет.
Ты в печке разведешь огонь, Стихи свои покажешь, В свою возьмёшь ее ладонь И о Любви расскажешь.
Цит. по: В. Н. Анисимов. Весенним месяцем нисаном…СПб.: Система, 2008. 164 с. Иллюстрации худ. Л. М. Ротбард