АроматыПарфюмер Hermès Кристин Нажель о смелости и работе над ароматами

Химик и парфюмер Кристин Нажель, одна из самых востребованных «носов» в мире, в этом году заняла в доме Hermès место штатного парфюмера, сменив на этом посту великого Жан-Клода Эллена. Её долгожданный дебютный аромат под названием Galop продолжают активно обсуждать после выхода — и не просто так. Для Hermès начало работы Нажель — фактически новая эра.

Жан-Клод Эллена заправлял парфюмерными делами дома с 2004 года, и за это время его узнаваемый стиль звучал во всех выпущенных ароматах — минималистичных и запоминающихся. Парфюмы Эллена, однако, продолжали существовать скорее где-то в области искусства, нежели повседневности. Кристин Нажель вряд ли можно назвать полной противоположностью парфюмера, но среди коллег и почитателей она известна как хитмейкер. Среди плодов её рук и воображения, например, Miss Dior Chérie, Narciso Rodriguez For Her, Giorgio Armani Si, все узнаваемые парфюмы Jo Malone и ещё десятки запахов, которые можно услышать в любом месте, где есть люди.

Жан-Клод Эллена и Кристин Нажель работали вместе с 2014 года, когда будущий главный парфюмер Hermès пришла в компанию, покинув пост вице-президента в Mane. Нажель также трудилась и для независимой линейки Эллена The Different Company, так что доверие старшего коллеги было обеспечено. По его словам, было важно, чтобы следующим главным парфюмером Hermès была женщина, — ею и стала Кристин Нажель, которая теперь будет продолжать дело дома.

Первым произведением, который парфюмер представила на новом месте, был Rhubarbe Écarlate, соответствующий духу элленовского Hermès: яркий аромат с минимальным количеством нот, позиционирующийся как унисекс. Свой второй аромат для дома, Galop, Кристин приехала представлять в Россию, а мы поговорили с ней о консервативности и смелости, профессии парфюмера и о том, каково это — чувствовать придуманные тобой запахи на других людях.

главный парфюмер Hermès

Я уже была состоявшимся и уверенным в себе специалистом, когда меня пригласили в Hermès. Кроме того, дом Hermès славен не только своими традициями, но и смелостью — там не боятся двигаться вперёд. Сам факт, что выбрали меня, уже об этом говорит. Я — парфюмер совершенно другой, нежели Жан-Клод Эллена, но я совершенно не боялась сравнений. Я знала, что у меня будет возможность воплощать свой собственный стиль. А вот если бы меня попросили работать «в духе Эллена» — вот тогда бы я испугалась.

Когда я достигла определённого уровня своей карьеры, я поняла, что хочу работать на какой-нибудь дом — их сейчас всего шесть. Я выбрала дом Hermès, поскольку он предоставляет парфюмеру невероятную свободу: тут не проводится никаких тестов и работы с фокус-группами, а решение о выпуске аромата принимается непосредственно парфюмером. Что же касается консервативности Hermès, то я скажу так: дом часто описывают как дерево, которое питается силой своих корней, то есть традиций, но у которого каждый год вырастают новые листья. Ветви, на которых вырастают эти листья, — это парфюмеры, и я стала новой ветвью дома-дерева Hermès. Конечно, на моей ветви распускается свежая листва, и в этом, я бы сказала, заключается главная смелость дома. Hermès проявляет её во всём — в выборе парфюмеров, дизайнеров и других специалистов. Работая над Galop, я хотела создать аромат, который воплощал бы эту смелость.

Я не задумываюсь о целевой аудитории аромата. Важно то, насколько моя работа в состоянии затронуть эмоции, и неважно, один ли это человек, сотня или тысяча. Я не работаю для определённых слоёв общества — я работаю для людей. Но у меня есть мечта создать аромат, который был бы свободным, ярким, имел бы своё лицо, но нравился бы многим. Таким образом я бы придала себе ещё больше свободы. В смелости и заключена свобода.

Меня увлекает сам творческий процесс создания парфюма, но ещё более сильные эмоции мне доставляет встреча с живым человеком, на котором я слышу свой аромат. Сначала возникает сомнение: «Это правда я? Моя работа?» — и тогда я стараюсь обогнать этого человека и взглянуть ему в лицо. Этот человек, возможно, никогда не будет мне другом, я не буду делиться с ней или с ним своими эмоциями, но я понимаю, что этот человек несёт на себе частичку меня самой, и это ужасно трогает.

Я никогда не училась в парфюмерной школе. У меня был наставник, Мишель Альмарак, который научил меня всему — несмотря на то, что я часто хотела от него сбежать. Молодым парфюмерам я бы советовала пойти в школу — во Франции, например, их три — или же найти мэтра-наставника, как это сделала я, но это намного сложнее. Помимо этого, нужно быть очень любознательным, артистичным и много работать, поскольку процесс обучения довольно длительный. Но это самая интересная профессия в мире, и она того стоит.

Дело не в какой-то отдельной молекуле — дело в том, как их сочетать. Например, парфюмеры часто используют ноты детских кремов — их запах ассоциируется у людей с комфортом, безопасностью и радостью. Но угодить всем невозможно. Если бы я умела, я была бы императрицей парфюмерии.