иеромонах Михаил Арранц, Юрий Рубан Счёт времени в древнехристианскую эпоху

Пыта­ясь рекон­стру­и­ро­вать общую схему древ­не­хри­сти­ан­скрй молит­вен­ной прак­тики, осо­бенно суточ­ного круга (этому посвя­щена вось­мая глава), мы ока­зы­ва­емся в мире рим­ских кален­дар­ных поня­тий. Многие выра­жены при­выч­ными тер­ми­нами («час», «пол­ночь», «утро»), и это может при­во­дить к недо­ра­зу­ме­ниям. Необ­хо­димо поэтому опре­де­лить их исто­ри­че­ское зна­че­ние и соот­но­ше­ние с совре­мен­ными поня­ти­ями.

Слово день (dies) обо­зна­чало у древ­них римлян как есте­ствен­ный («све­то­вой») день — время от вос­хода до заката солнца, — так и день граж­дан­ский (сутки) т. е. время от полу­ночи до полу­ночи.

Точ­ного деле­ния дня на опре­де­лен­ные про­ме­жутки пер­во­на­чально не было. Раз­де­ле­ние суток на часы (horae temporales) нача­лось только с вве­де­нием сол­неч­ных и водя­ных часов (III—II вв. до н. э.). С тех пор время от вос­хода до заката солнца дели­лось на две­на­дцать равных отрез­ков («часов»), и на столько же частей делили время от заката до вос­хода солнца. Ясно, что рим­ские ночные часы были длин­нее днев­ных зимой и короче их летом. Срав­няться между собой — и соот­вет­ство­вать нашему фик­си­ро­ван­ному часу (60 мину­там) — они могли только в период рав­но­ден­ствия (см.: Сан­чур­ский, с. 199–200). Конечно, это сезон­ное раз­ли­чие более заметно на Севере, нежели в стра­нах Сре­ди­зем­но­мо­рья.

Для воен­ной кара­уль­ной службы рим­ляне делили ночь (от заката до вос­хода солнца) на четыре «стражи» (лат.: vigiliæ, custodiæ, греч. φυλακαί), вошед­шие в граж­дан­ское упо­треб­ле­ние и позд­нее даже став­шие временно́й рамкой хри­сти­ан­ского суточ­ного цикла. По рас­ска­зам Поли­бия, Тита Ливия, Тацита и других авто­ров, в начале каждой стражи раз­да­вался гром­кий звук воин­ских труб, слы­ши­мый на боль­шом рас­сто­я­нии1. Этот факт не мог не влиять на жизнь (и сон) окрест­ного насе­ле­ния, то есть прак­ти­че­ски всех граж­дан импе­рии, по кото­рой были капил­лярно рас­пре­де­лены рим­ские леги­оны и мно­го­чис­лен­ные сто­ро­же­вые кара­улы.

Первая ночная стража про­дол­жа­лась с начала «ночи» (с 18 часов) до 21 часа по нашему счис­ле­нию, вторая — с 21 часа — до полу­ночи. Рим­ский исто­рик Плиний Стар­ший (погиб в 79 г. н. э.) опре­де­ляет начало тре­тьей стражи в пол­ночь, а начало чет­вер­той — к пению пету­хов (Есте­ствен­ная исто­рия. X, 21). Ритор Фриних Ара­вий­ский (П в. н. э.) допол­няет данные Плиния, говоря, что т. н. «получи» (μέσαι νύκτες. — siс!) про­дол­жа­лись с 3‑го или 4‑го часа ночи (по нашему — с 20-ти или 21 часа) до пения пету­хов, или «утра» (ὄρθρος), т. е. до 3 часов утра2. Обра­тим вни­ма­ние, что в данном случае «пол­ночь» (букв. сред­няя часть ночи) не момент смены суток (о часов, как мы при­выкли), а довольно про­дол­жи­тель­ный период вре­мени, вклю­ча­ю­щий в себя вторую и частично третью воен­ные стражи.

Зна­че­ние гре­че­ского слова ὄρθρος, о́ртрос со вре­ме­нем меня­лось, и это надо учи­ты­вать при чтении древ­них тек­стов, а осо­бенно — их пере­во­дов. Впо­след­ствии его пере­ве­дут не совсем точным поня­тием «утро» (откуда и назва­ние соот­вет­ству­ю­щего бого­слу­жеб­ного часа — Утреня). В древ­но­сти слово обо­зна­чало весьма про­дол­жи­тель­ный период вре­мени — начи­ная с пер­вого пения пету­хов, когда обычно еще темно, вплоть до самого начала дня, т. е. всю чет­вер­тую стражу ночи (т. е. от 3‑х до 6 часов утра по совре­мен­ному счис­ле­нию). В него вклю­ча­лись еще два хро­но­ло­ги­че­ских момента, име­ю­щие боль­шое зна­че­ние для «утрен­него» бого­слу­же­ния:

а) лат. «аlbа», — когда небо белеет, т. е. только-только начи­нает рас­све­тать, и

б) лат. «аurora», греч. ἕως, «утрен­няя заря», «денни́ца», — когда небо алеет уже непо­сред­ственно перед вос­хо­дом солнца.

Монахи начи­нали «утрен­нюю» службу еще перед рас­све­том. Утреня город­ская, или «собор­ная», разу­ме­ется, начи­на­лась позд­нее — с вос­хо­дом солнца. Память этого закре­пи­лась в назва­нии две­на­дцати молитв, чита­е­мых теперь свя­щен­ни­ком на Утрене перед цар­скими вра­тами, это — ἑωθηναί, т. е. молитвы «утрен­ней зари», молитвы «ден­ницы», содер­жа­ние кото­рых непо­сред­ственно свя­зано с этим пери­о­дом суток. (Другой вопрос, что в рус­ской прак­тике они очень часто чита­ются не в свое время и потому теряют свой смысл.)

Воз­ни­кает вопрос: как счи­тали время Иисус Хри­стос и апо­столы? Рас­смот­рим харак­тер­ные еван­гель­ские сви­де­тель­ства:

«Итак, бодр­ствуйте, ибо не знаете, когда придет хозаин дома: вече­ром ли, или в пол­ночь, или в пение пету­хов, или утром» ( Мк. 13:35 ). «Если и во вторую, и в третью стражу придет» ( Лк.12:38 ). «В чет­вер­тую же стражу ночи Он пришел к ним» ( Мф.14:25 ; ср. Мк.6:48 ).

Сопо­став­ляя тексты, нахо­дим, что деле­ние ночи здесь вполне сов­па­дает с обще­рим­ским. Поря­док еван­гель­ских ночных страж, в пере­воде древ­них часов на совре­мен­ные, выгля­дит так: