Про ткачиху с поварихой, про Сверчка и Светлячка

1 Светлый гений мой, поэт, Извини, что беспокою Поэтической строкою Через много-много лет. Но ткачиха с поварихой, С бабой, сватьей Бабарихой, Живы, здравствуют, поверь, И сегодня, и теперь. Сохранились и пригрелись, Вновь в своём злодействе спелись. Внешне их и не узнать, Не поймёт родная мать, Who is who? Yes, кто есть кто – Не узнает их никто.

Ты писал: Салтан от счастья Милой жёнке уступил И, своею царской властью, Трёх завистниц отпустил. Поспешил ты, отвлекаясь Во дворец, покинув двор. А злодеек, усмехаясь, Принял дядька Черномор И – в ладью, не провожая, Сам – на праздничный обед. Лишь царевна молодая Рукавом махнула вслед, Прошептала: «Искупленье Справедливым быть должно, Мудрым, сказочным решеньем: Зло, как зло, пойдёт на дно, Бабе-сватье и девицам Наказание одно: Жить не в горенке-светлице – Под колодой, за окном, И не в образе лягушек Средь болот или листвы, Иль невиданных зверушек Среди нечисти-братвы – По характеру: девицам, Сёстрам сереньким Мокрицам, Незаметно, тихо жить, Барбарихе – им служить. Пусть живут, мечту лелеют, Когда, лишь взглянув на них, Кто-нибудь их пожалеет – Чары сгинут в тот же миг. Коль подружатся они В жалости друг к другу – Сокращу, прерву им дни Колдовского круга.

Так сегодня те девицы, Распрекрасные Мокрицы, Под колодою живут, Козни новые плетут, Копошатся понемножку. Сватья же, Сороконожка, Думает: «Была б еда Да гниющая среда. Надоели свет и шум. Не взбрело б кому на ум, Серым дурочкам в угоду, Унести эту колоду. Мне – колода или пень – Всё равно, была б мокрень. Ну, а кто проложит путь Мимо – я смогу пугнуть».

Реки полнятся, мелеют… Рассказать про всё, про то, Как живут, я не сумею. Не жалеет их никто. На Мокриц с Сороконожкой Даже брезгуют смотреть, Если встретят за порожком. Ну, а чтобы пожалеть… Нет, такого не бывало.

Сёстрам же – что за печаль, Не тревожатся нимало И друг друга им не жаль. Суетятся да злобятся И шуршат в нечистоте, Стали солнышка бояться И привыкли к темноте. Всё им КТО-ТО виноват. Склочничают на досуге, В частых ссорах злобы яд Изливают друг на друга.

Вот, Мокрица заползла На колоду тихо (Наткала бы полотна, Коль была б ткачихой). Обмерла: сидит Сверчок На зелёной ветке, Элегантный сюртучок, Тёмненькой расцветки, Славный голос, мелодичный, И интеллигентный вид… Кавалер, жених отличный – Всё об этом говорит. Он займёт её беседой, В разговоре сядет близ… Размечтавшись о победе, Бедная скатилась вниз…

Сватья всеми сорока Ножками сучит тревожно, Хает бедного сверчка: «Замуж за Сверчка! Возможно ль?! Он все уши просверчит, Шалопай, болтун, повеса. Чёрный! Блёклый! Хвост торчит! Ты ж – НЕВЕСТА, ты – ПРИНЦЕССА! Дурь пройдёт – блажное лихо, Потерпи немножко: Я же – сватья Бабариха, Я – Сороконожка! Я те прынца раздобуду! Хочешь Майского жука? Что за фрукт Сверчок? Причуда! Потерпи ещё пока».

А Сверчок и не заметил, Что за буря пронеслась. Всё поёт, спокоен, весел, И живёт, и любит всласть. Полюбился человеку Разговорчивый Сверчок. Век – ничто! Побольше веку Не пустеет ТОТ шесток. Печь, окно, косяк дверной – Он поёт хоть тресни, Тот же самый иль иной, Но с весёлой песней.

Очень часто Светлячок, Услыхав напев сверчковый, Зажигал свой маячок Под былинкой васильковой. Громче скрипочка в ответ, Трепетал лист земляничный. Веселился белый свет, Став добрей и гармоничней.

КТО из них КОМУ кумир, Не решал никто дотоле, Но Мокрице в чистом поле Виделся широкий пир. Она крАдучись, тайком Шла увидеть, ЧТО мерцало, И, найдя повыше ком, Вдохновенно созерцала…

Сватья начеку всегда, Ей нельзя не торопиться: Пока рядом с ней Мокрицы, Есть колода и еда… Своей воле понемножку Мудрая Сороконожка Подчинила их: стратег! И имела в том успех. Так умела подольститься, Знала, что, когда сказать: Кто принцесса, кто царица, Даже кто родная мать. В неожиданный момент Тоже оказалась рядом, Грозно, как заправский «мент», Вызверилась строгим взглядом. (Светлячку) «Вот кусну – себя забудешь! Ну, червяк же червяком! Долго притворяться будешь Благородным огоньком?» (Мокрице) «Сколько ж мне в глухую ночь И хлопот, и беспокойства! Поступила б я по-свойски, Будь ты мне родная дочь».

Томный миг – и тишина, Пустоты неотвратимость Вновь. И вновь тоска одна, Светлых дней невозвратимость. Ей бы насмотреться всласть, А потом – хоть под колоду… И Мокрица поплелась: Барбарихе так угодно. 2 Светлый гений мой, поэт, Огорчу, но скажу сразу: Той России давно нет, Этой, новой, – не до сказок…

Вот голодных три ежа, Видишь, под окно спешат… Ведь найдут – не пожалеют Двух Мокриц: еду не жаль… Те спасутся, коль успеют, Если же нет – что за печаль? И к тому же, жаль ежат, Милых и полезных, А, увидели Бомжа. Вот теперь исчезнут: Бомж ведь всякой твари рад, Всё крадёт, ест всё подряд. Он из современных нищих, Без избы, семьи, без пищи. Им никто не подаёт: Страшно обнищал народ.

Этот Бомж ещё богач: Катит личную «кравчучку», В ней – и дом, и скарб, и харч, И работа, и получка. На колёсиках сумА, Катится почти сама. Прилепил народ в момент Ярлычок, как документ. Если выйдешь на толкучку, Если выйдешь на «бродвей», То увидишь и «кучмучку», Эта «марка» поновей. Все заморские товары Этак возят на базары Современные купцы, Понимаешь, не глупцы. Всё же легче: на колёса Сконцентрирована жизнь, А покатишься с откоса – За колёса и держись. Тут легко увидеть можно Всю историю живьём. Кажется, всё – невозможно, Невозможно – а живём. Хуже, хуже с каждым годом. Истинно, закон не свят, Как насмешка над народом: Нищетой народ распят. Всё о незалэжном рае В Раде киевской вопят – Люди ж дружно умирают Два десятка лет подряд. Где ж дела? За тенью слов Даже тени дел не видно. Прав герой несуеслов: «За державу нам обидно».

Посмотри. Бомж – молодец: Приподнял за край колоду… Бросил. Плюнул: «Тьфу, уроды!» Вот и сказочке конец. И ни меда, ни вина… Лишь усы висят уныло. Что тут не было, что было… Знать бы только, чья вина.

Светлый гений мой, поэт, Перестройка – не до сказок. Я ж предупредила сразу: ТОЙ страны России нет.

Эпилог А Сверчок – игрок не хлипкий. В новый век, как в старину, Он фантазией на скрипке Сокрушает тишину. Песней искренней, сверчковой Развлекает мир честной, Правду всем о новой жизни Вторит нам, как заводной. Части травяного скерцо Он сверчит от всего сердца, От крыла, не обессудь. В Светлячке – такая суть: Во всю мощь, как только может, Вместо звёзд, вместо зари, Тьму мерцанием тревожит – Он ПЫЛАЕТ изнутри. Оба мрака не боятся, А сверчать и зажигаться, Недругам наперекор, Продолжают до сих пор.