"Горный цикл". Корона Земли - 9.
Территориально массив Дхаулагири находится в Непале, и относится к горной системе Гималаи. В переводе с местного название звучит весьма логично и наглядно - "Белая гора" - посмотрите на фото выше и попробуйте придумать что-то более подходящее :)
Сам массив состоит из 11 вершин, из них только одна (Дхаулагири I, Главная) - выше 8000м, остальные 10 - превышают 7000м.
Дхаулагири (впрочем, как и многие другие восьмитысячники) - далека от простоты в покорении. Отчасти именно по этой причине была покорена предпоследней из всех восьмитысячников - в 1960г, а отчасти из-за политических проблем, связанных с перечесением границы Непала. Напомню, последней была покорена Шишабангма в 1964г.
Смертность на склонах этой горы (правда, данные не особо новые) составляет около 16%.
Первые восемь экспедиций, которые питали надежды стать первопроходцами этой горы, потерпели неудачу. Все их в какой-то мере можно считать разведывательными. Удача улыбнулась лишь девятой экспедиции.
1. 13 мая 1960 года — участники шведско-австрийской экспедиции под руководством Макса Эйзелина поднялись на вершину. Восходители: Курт Дембергер, Питер Деннер, Эрнст Форрер, Альбеин Шелберт, шерпы Нейма Дорджи и Наванг Дорджи.
2. 1975 год - первая попытка пройти по сложнейшему юго-западному ребру, совершенная японской экспедицией. К сожалению, закончилась неудачей. Сошедшая со склонов лавина унесла несколько жизней.
3. 13 декабря 1982 года — первое зимнее восхождение японца Акио Коидзуми и шерпы Нима Вангчу. С ними спорили поляки Ежи Кукучка и Анджей Чок, поднявшиеся на гору 21 января 1985 года. Мировой календарь гласит, что зима начинается 21 декабря, в то время как непальские и тибетские зимние пермиты действуют с 1 декабря.
Классическим маршрутом восхождения считается путь по северо-восточному гребню (фото ниже), а южная стена до сих пор не покорена. Северо-восточный маршрут до сих пор считается одним из самых сложных классических треков на восьмитысячники.
4. 6 октября 1988 года тройкой альпинистов: Казбек Валиев (Казахстан), Юрий Моисеев (Казахстан) и Золтан Демиян (Чехословакия / Словакия) был впервые пройден маршрут по юго-западному ребру (на фото ниже). Экспедицией руководил словак Жири Новак (Jiri Novak).
Кстати, статистика сообщает, что из 358 человек, побывавших на горе, погибли 58.
Также, как и вокруг некоторых других восьмитысячников, вокруг Дхаулагири существует пеший трек. Он несколько сложнее, чем всемирно известный трек вокруг Аннапурны (кстати, эти маршруты пересекаются между собой), и зачастую без предварительной подготовки его пройти будет сложно. Ниже - фото трека (напоминаю, все кликабельно).
Благодарю за внимание!
Анонс: в следующий раз поговорим о вершине Чо-Ойю, высотой 8201м.
Как всегда, все очень красиво, ждем продолжения)
Не привычно слышать Шишабангма, в той литературе что я читал всегда Шиша Пангма писали.
"Горная свежесть"
Немножко снежком припорошило на открытие ледолазного сезона :)
Санкции и альпинизм
Всем привет!
Я до последнего не хотел об этом говорить, смешивая спорт и политику, но отражение недавних событий на Украине затрагивает и эту область, к сожалению. Понимаю, что для многих россиян покупка снаряжения и поездки в горы сейчас, наверное, последнее, о чем стоить переживать. Однако, со своей стороны хочу поделиться текущим положением дел на рынке и теми сложностями, с которыми предстоит столкнуться всему "горному" сообществу. Поехали!
В среднем, стоимость одной единицы иностранного снаряжения (Petzl, Grivel, CAMP, Black Diamond) для спортивного альпинизма выросла на 150%. При этом, неважно, какую категорию товаров смотреть - подорожало все, начиная от касок и заканчивая карабинами.
В сегменте производителей из России (Венто) цены выросли примерно на 200%, а на отдельные категории (ледобур Spin, старая цена
500%. Таким образом, разница в стоимости импортного и отечественного снаряжения практически выровнялась за счет резкого увеличения цены на отечественные изделия.
Почему так происходит? Растет курс доллара, рубль, наоборот, падает. Закупки осуществляются в иностранной валюте (почти все заводы находятся в Китае). Растут цены на сырье, усложняется и, как следствие, становится дороже, логистика.
У Вертикали (Россия) и Simond (Франция) цены пока остаются +/- на прежнем уровне.
2. Игроки на рынке
На данный момент не было официальных заявлений об уходе из России иностранных производителей снаряжения. Тут можно попытаться поиграть в догадки: американские (Black Diamind, Mad Rock, Rock Exotica) немецкие (Salewa, Edelrid) и чешские (Singing Rock, Tendon) бренды теоретически могут уйти. Французские (Petzl, Simond, Beal) и итальянские (Kong, Grivel, CAMP) с меньшей вероятностью, если ситуация не изменится.
3. Путешествия
Сейчас нельзя попасть в Альпы, которые, безусловно, представляют большой интерес для многих альпинистов. В Непал и Пакистан самолеты пока летают, хотя цены на билеты сильно выросли. На территории России расположено много интересных треков. В принципе, это шанс для развития внутреннего туризма (альпинизма), но будут ли этим заниматься большой вопрос. Основные ограничивающие факторы для этого: высокая логистика и низкий уровень сервиса, плюс закрытие многих вершин в приграничной области для восхождений. Остаются еще страны бывшего Союза: Казахстан, Грузия, Таджикистан, Киргизия. Проблемы у них те же, плюс безопасность туристов.
4. Большой спорт
Я не слышал новостей об отмене соревнований или дисквалификации российских спортсменов. Возможно, плохо следил за новостями, возможно, эти решения еще не приняты. Если у вас имеется больше информации - поделитесь ей.
Спасибо всем, кто дочитал до конца. Выводы делайте сами. Прошу сохранять спокойствие в комментариях и избегать обсуждения политики.
Горы, осень, метель!
Неудачная, но очень красивая попытка восхождения на гору Smutwood, в Скалистых Горах Альберты. Попали в метель прямо перед последним большим залазом, пришлось развернуться.
Ледовый парк Юрэй
Несколько недель назад, готовясь к предстоящим ледовым сборам c нашим, местным альп клубом, мы с товарищем выбрались в ледовый парк Юрей (Колорадо) для ледолазных тренеровок. Место это уникальное и я решил поделиться фото и рассказать о нем.
До конца 80ых годов, небольшой городок Юрей (произносится ЮрЭй) был тихим, особо никому не интересным местом. Пока ледолазы / альпинисты не заметили, что вокруг протекающего трубопровода (дырявого), проходящего от гидроэлектростанции образуется лед, по которому можно вполне себе лазать. Количество дырок в трубе росло, а вместе с ними и количество льда на стенах прилегающего каньона. Со временем каньон превратился в офицальный ледовый парк, и сейчас в Юрей ежедневно приезжают сотни ледолазов для тренеровок. Там же проходит один из этапов кубка мира по ледолазанию по версии UIAA. Сейчас лед еженощно заливается через систему труб, что позволяет ледовым маршрутам обновляться. На фото меньше 2% всего парка.
В парке почти везде можно лазать с верхней страховкой, но есть и зоны в которых можно лазать только с нижней страховкой.
Лед в парке очень отличается от природного льда на водопадах к которому я привык. Из-за того что вода из труб разбрызгивается под далвением лед получается что-ли пористым(?). Не знаю как его описать, но он не такой плотный как в дикой проироде.
Вот так, протекающий трубопровод превратил никому не интересный городок, в развивающееся туристическое место.
Про станции в альпинизме
Всем привет!
Сегодня я хочу немного рассказать о станциях в спортивном альпинизме. Хотя в промышленности есть свои нюансы, общие положения будут верны и там тоже. Надеюсь, что этот материал будет полезен широкому кругу читателей. Поехали!
Что такое станция?Если просто - станция это очень надежная точка страховки, на которой могут собраться несколько человек. Как правило, станция собирается из нескольких независимых точек страховки, которые работают, как одна.
Для чего нужна станция?Чаще всего для смены лидера. То есть, лидер лезет какой-то маршрут и ставит промежуточные точки. Затем собирает станцию и отдыхает страхует через нее напарника. Иногда станции используются в качестве спусковых точек или для подъема грузов (например, при спасработах).
Из чего собирается станция?Обычно это две и более независимых точки страховки (иногда используется одна точка, но об этом позже). Выбор материала для создания точек зависит от окружающего рельефа: на льду это проушины и ледобуры, на скалах – выступы, стопперы, френды и крюки, на снегу – снежные колья, ледорубы и лыжи. Как правило, точки блокируются (объединяются) с помощью репшнура (вспомогательная веревка), станционной петли (сшитая в виде кольца стропа) или основной веревки. Когда все страховочные точки станции сблокированы, на станцию вешается так называемый мастер-карабин. Обычно это большой карабин с муфтой, который используется в качестве накопителя для остального снаряжения. Таким образом, все операции на станции производятся через мастер-карабин.
Пример станционной петли. Изображение из интернета
Какие требования предъявляются к станции?Есть три «золотых» правила хорошей станции:- дублирование (не менее двух точек крепления);- надежность (станция должна выдержать рывок, если откажут промежуточные точки);- отсутствие рывка (при отказе одной из точек остальные точки не должны испытать шокового рывка).
Фактически, надежность станции, с одной стороны, зависит от надежности используемого снаряжения (для спорта это 22kN) и надежности рельефа, в котором ставятся точки, с другой стороны. В идеале станция должна выдержать нагрузку в 22kN (
2 т.), практически мы не можем наверняка сказать, сколько выдержит этот пласт льда или тот кусок скалы. Так что, это всегда некий компромисс между безопасностью и временем (можно потратить очень много времени и сделать супер-надежную станцию, но тогда мы никуда не залезем).
Какие бывают станции?Станции можно разделить на два больших вида:- компенсационные (динамические);- локальные (направленные).
Компенсационные станции обычно делают на двух точках, между которым «скользит» мастер-карабин. При этом достигается динамическое распределение нагрузки между этими точками. То есть, при изменении вектора силы нагрузка будет равномерно распределяться между точками.
Основные плюсы и минусы станций такого вида:+ мультинаправленность;+ простота;+ хорошее распределение нагрузки между точками;- использование только двух страховочных точек (при большем количестве точек будет больше трения и нагрузка будет распределяться хуже);- при отказе одной точки оставшаяся точка испытывает шоковую нагрузку (рывок).Примеры компенсационных станций: Magic X (компенсаторная петля), Quad (квад/квод). Примеры реального применения: работа с большой группой, «пробитые» маршруты, работа с перилами.
Пример компенсационной станции типа Magic X. Изображение из интернета
Локальные станции обычно делают более чем на двух точках, которые жестко между собой связаны (мастер-карабин находится в одной точке). При этом вектор силы задан в одном направлении. Если вектор силы меняется, то нагрузка будет распределяться между точка неравномерно (часть точек окажется недогруженными, а часть перегруженными).
Основные плюсы и минусы станций такого вида:+ при отказе одной точки нагрузка плавно перераспределится на остальные точки (не будет рывка);+ можно задействовать много точек;- однонаправленность;- сложность.Примеры локальных станций: петля с узлом «восьмерка». Примеры реального применения: работа в двойке, спасработы, работа на сложном рельефе.
Пример локальной станции с узлом "восьмёрка". Изображение из интернета
Станция на одной точкеГде-то в начале статьи я говорил, что бывают станции на одной точке. Хотя это и противоречит первому «золотому» правилу (дублирование), но иногда применяется на практике. Для этого единственная точка должна быть мега-надежной. Например, большое дерево или крупный скальный выступ. Иногда в качестве таких примеров приводят один ледобур или один шлямбур. В этом случае нельзя использовать только одну точку (должно быть два ледобура и два шлямбура). Особенно это касается чужих точек и шлямбуров, расположенных на скалах рядом с морем (большой риск скрытой коррозии из-за морского климата).
Каскадные (многоуровневые) станцииЭто несколько станций, объединенных в одну. Например, есть три точки крепления: крупный френд и два небольших стоппера. В этом случае мы можем сделать компенсирующую станцию на двух стопперах (первый каскад) и соединить ее с квадом на френде (второй каскад). Таким образом у нас получится, что одно плечо станции держится на френде, а второе плечо разнесено на два стоппера, которые будут работать, как одна точка. Станции подобного рода довольно сложны и для начального этапа как правило не требуются.
Пример каскадной станции. Изображение из интернета
Оппозитные точкиНаконец, есть такое понятие, как оппозитные станции. Это станции, которые имеют дополнительную оппозитную точку крепления. Для чего это нужно? Например, вы собрали локальную станцию, вектор нагрузки которой направлен вниз. Если нагрузить такую станцию вверх, то точки могут достаточно легко вылететь. Чтобы этого не произошло ставится оппозитная точка, которая будет работать вверх, тем самым удерживая станцию в правильном положении и не давать вылететь остальным точкам.
Вместо заключенияНа начальном этапе, наверное, не стоит забивать себе голову какими-то сложным конструкциями, а лучше сосредоточиться на скорости и сборке простых станций. Достаточно частой причиной несчастных случаях в горах является срыв петли (веревки) со скального выступа и потери всей станции (станция на одной точки). Поэтому при организации подобных станций нужно быть очень внимательным. Кроме этого, уделять внимание состоянию и качеству снаряжения, из которого собирается станция.
Спасибо всем, кто дочитал до конца! На вопросы постараюсь ответить в комментариях.
Пара слов о спасательном снаряжении
Всем привет!
ВступлениеСегодня я хочу немного рассказать о снаряжении, которое используется в спасательных работах. Спасательные работы - это отдельная большая тема, которую я не буду разбирать в этом посте. Речь пойдёт о снаряжении, которое используется в горах (не в промальпе). Здесь необходимо сделать оговорку - есть профессиональное снаряжение, которое используется спасателями и которое обычно не берут с собой на маршрут. Рядовые альпинисты/горные туристы используют то снаряжение, которое есть с собой. На сложные маршруты обычно берут некий минимальный спасательный комплект, о составе которого я и хочу сегодня рассказать. Поехали!
Для чего нужно спасательное снаряжение?
В горах часто возникают ситуации, когда необходимо кого-то поднять или, наоборот, спустить. Например, подъём провалившегося в ледовую трещину, или спуск зависшего на веревке пострадавшего. То есть, речь идёт о создании подъёмной или спусковой системы. Для подъёма обычно используют полиспаст, а организация спуска зависит от ситуации.
Микрозажим (Petzl Tibloc, Kong Duck и др.)
Используется для создания точки крепления к веревке (например, для z-образного полиспаста). Как другой вариант использования - для подъёма по вертикальной веревке (например, самоспасение из трещины). В качестве альтернативы - схватывающий узел, но для него нужна верёвка, которой может не хватить и это менее удобно и быстро, особенно в экстренной ситуации.
Пример микрозажима Tibloc. Он представляет из себя металлическую скобу, с внутренней стороны которой есть зубчики (как на жумаре), которые цепляются за веревку. С другой стороны вставляется карабин, который прижимает веревку к зубчикам, за счет чего создаётся захвает верёвки. Изображение из интернета
Пример микрозажима Duck. Он устроен по другому принципу - веревка заправляется между кулачком и телом зажима (в отверстия продевается карабин). Когда зажим нагружен, то он перекашивается и зажимает верёвку между кулачком и телом. Изображение из интернета
Нужен для уменьшения трения при подъёме грузов (например, в полиспастах). В принципе, можно обойтись без него, используя, например, карабин, но усилие придется прилагать значительно больше (так как будет больше трения). Ролик экономит ваши силы и сокращает время, а чем быстрее - тем лучше для пострадавшего.
Условно, бывают стандартные блоки-ролики, которые имеют очень высокий КПД (трения почти нет), но они достаточно дорого стоят, занимают место и имеют некий вес. В целом, это, наверное, оптимальное решение для большинства ситуаций. Например, CAMP Sphinx Pro (КПД 92%), Petzl Oscilante (КПД 71%) и др.
Пример классического ролика. С правой стороны внизу у ролика есть паз для фиксации схватывающего узла. Изображение из интернета
Ещё бывают блоки-ролики, совмещенные с зажимом - в них веревка идёт в одну сторону и стопорится в другую (с простыми роликами для этого приходиться использовать схватывающий узел). Например, Petzl Nano Traxion.
Работать с такими роликами удобнее и быстрее, но стоят они дорого и предназначены для более профессионального использования.
Пример блока-ролика Nano Traxion. Он открывается, чтобы можно было легко одеть/снять с верёвки, а также снабжен кулачком с шипами (как на жумаре), которой блокирует движение веревки в обратную сторону (кулачок можно убрать, разблокировав ролик в обе стороны). Изображение из интернета
Наконец, можно выделить ролики формата fast&light - это вариант, который подразумевает использование в экстренной ситуации (лучше, чем ничего). У них не самое лучшее КПД, но минимальный вес. Например, пластиковый ролик, который одевается на карабин и превращается в блок-ролик (например, Petzl Ultralegere). Или карабин, совмещенный с роликом (например, Petzl Rollclip).
Пример карабина Rollclip, совмещенного с роликом. Изображение из интернета
В общем-то стандартный элемент снаряжения, про который и сказать особо нечего. Представляет собой небольшой отрезок вспомогательной веревки (обычно, длиной около 7 м. и диаметром 7,0 мм.). Нужен для организации схватывающих узлов, спусковых систем, станций, сооружения носилок и много чего ещё. Хорошо, если в спасательном снаряжении есть отдельный репшнур, так как верёвки всегда не хватает (один ваш "рабочий", второй запасной для спасработ).
В целом, это, наверное, основное "железо", которое берут с собой для спасения людей в горах. Повторюсь, что я рассматривал профессиональное спасательное снаряжение. Другое снаряжение (например, верёвка, карабины или спусковые устройства) подразумевается, что есть по умолчанию. Кому-то может показаться, что я слишком часто упоминал продукцию компании Petzl, это не "джинса", просто я хорошо знаком с продукцией этой компании, поэтому использовал её для примера (где смог указал альтернативные варианты). Спасибо всем, кто дочитал до конца! На вопросы постараюсь ответить в комментариях.
Вершина!
Мой третий трехтысячник в Скалистых Горах Канады - Noseeum Peak!
Пара слов о ледорубах
Всем привет!После успеха поста о ледобурах я решил написать небольшой материал по ледорубам, тем более, что их часто путают. Поехали!
Ледоруб (не путать с ледобуром) - это элемент альпинистского снаряжения, представляющий собой металлическую "трость" с острым нижним концом и головкой, напоминающей кирку, в верхней части. Чаще всего он нужен для передвижении по сложному рельефу, самозадержании при срыве, подъёме по ледовым стенкам, организации точек страховки и для некоторых иных целей (тут должно быть шутка про Льва Троцкого).
Классический ледоруб состоит из штычка (острый "шип" на конце трости, который втыкается в лёд), древка (сама палка) и головки, которая в свою очередь состоит из "клюва" (острая часть загнутая часть, которая обычно втыкается в лёд) и "лопатки" (плоская вторая часть, которая чаще всего используется для очистки льда от снега/слабого слоя при установке ледобуров). Как правило, в районе штычка и клюва ледоруба имеются отверстия для присоединения карабина. Это нужно для того, чтобы ледоруб не потерялся и чтобы можно было к нему подстраховаться веревкой (и не только для этого).
Общий вид классического прямого ледоруба с лопаткой
Также существуют ледорубы с молотком вместо лопатки. Это более техничные инструменты, обычно их используют на микстовых маршрутах, когда нужно лезть и лёд, и скалы (молоток нужен, чтобы забивать скальные крюки). Часто на технических моделях делают съёмные рабочие части (чаще всего клюв), чтобы их можно было менять по мере износа.
Пример технического ледоруба с молотком вместо лопатки. Изображение из интернета
Условно, ледорубы можно разделить на несколько видов:- классические с прямым древком и лопаткой (для передвижения по ледникам);- технические с немного изогнутым древком и лопаткой (более универсальные, позволяющие лазить простые ледовые маршруты);- укороченные и облегчённые (для скитура);- классические ледовые инструменты с сильно изогнутым древком, загнутым клювом и специальной ручкой для удержания (с молотком или без второй части, для ледолазания);- ледовые инструменты для спортивного ледолазания/драй-тулинга* с крайне изогнутым древком (для профессиональных спортсменов и соревнований).
*драй-тулинг - это подвид ледолазания, в котором спортсмен поднимается не по ледовой стене, а по специальному искусственному щиту.
Ледовые инструменты - условно, подвид ледорубов, созданных для подъёма по вертикальным ледовым стенам (ледолазания). Их основная функция - вбиваться клювом в лёд и тем самым обеспечивать точки удержания на нём.
Пример классического ледового инструмента. Древко сильно изогнуто для лучшего удержания на поверхности. Клюв имеет обратный изгиб. Ручка снабжена дополнительной площадкой для перехвата руками. Изображение из интернета
Пример спортивного ледового инструмента. Древко сделано из карбона для максимального облегчения, на клюв одеваются грузы для увеличения силы удара. Как правило, такие инструменты создаются индивидуально под спортсмена. Изображение из интернета
Общая информацияЧаще всего древко ледоруба изготавливается из алюминия, а клюв из стали (возможны иные варианты, например, древко может быть изготовлено из полимеров). В среднем, классический ледоруб стоит около 5 000 - 10 000 рублей. Технические модели - около 15 000 рублей и ледовые инструменты около 20 000 - 30 000 рублей (и выше). Средний вес обычного ледоруба около 400 гр.На Западе классический ледоруб обычно называют Ice axe, ледоруб с молотком вместо лопатки - Eisbeil. Ледовые инструменты - Ice tools. В России, в зависимости от среды и традиции, обычно всё называют ледоруб, инструмент, тяпка или железо.
Переносят ледоруб обычно закреплённым на рюкзаке. На современных альпинистких рюкзаках снаружи есть специальные петли для крепления инструментов. Рекомендуется переносить инструмент штычком вверх (чтобы в случае падения он не воткнулся в ногу, а клюв был развёрнут к рюкзаку).
Пример закрепления ледоруба на рюкзаке. Изображение из интернета
Немного историиПредшественником ледоруба можно назвать альпеншток (alpenstock (нем. - альпийская палка)). Он представлял собой длинный деревянный посох (около 2-х метров) с металлическим штырём на конце и использовался в качестве опоры для передвижения в горах. Сейчас его функцию в большей степени выполняют треккинговые палки, а ледоруб используется на более сложных участках.
Спасибо всем, кто дочитал до конца! На вопросы постараюсь ответить в комментариях.
Ответ на пост Страховочный винт скалолаза
Всем привет!
Оригинальный пост вызвал множество вопросов о ледобурах, поэтому я решил написать этот пост, чтобы прояснить некоторые моменты. Поехали!
Что такое ледобур?
Ледобур - это элемент альпинистского снаряжения, необходимый для организации страховки на льду. Современный ледобур представляет из себя полую металлическую трубку с острыми гранями на одном конце и выраженной наружной резьбой. На другом его конце имеется ручка для закручивания и ушко для вщёлкивания карабина. Ледобур закручивается в лёд, как шуруп, обеспечивая относительно надёжную страховку.
Пример современного ледобура. Изображение из интернета
Примерно вот так это выглядит на рельефе. Изображение из интернета
Современные ледобуры чаще всего выпускаются в трёх размерах:
21 см. Различная длина необходима для закручивания в лёд различной толщины. Кроме того, длинные ледобуры используются для организации так называемый проушины Абалакова (автор). Для этого во льду делается два соединяющихся отверстия под углом друг к другу, в которые продевается отрезок веревки и завязывается виде петли.
Раньше ледобуры часто изготавливали из титана, особенно в Советском Союзе. Они были лёгкими, но довольно быстро тупились и плохо работали с жёстким льдом. Современные ледобуры преимущественно изготавливаются из стали, однако, существуют комбинированные модели: основное тело изготовлено из алюминия, а режущая кромка из стали. Это позволяет сделать изделие более легким. В среднем, ледобур выдерживает нагрузку около 10 кН (1 т.), но тут много нюансов: состояние льда, длина бура, качество бура, время использования.
Наглядное устройство проушины Абалакова. Изображение из интернета
Столько стоит и весит?
Стоимость одного импортного ледобура составляет около 7 000 рублей, а вес около 200 гр. В среднем, нужен комплект из 10 шт., но всё зависит от конкретного маршрута.
Как их снимают и вообще используют?
Для понимания этого процесса представим, что в гору лезут два человека: лидер и страхующий. Лидер непосредственно лезет на гору, используя кошки (условно обувь с шипами) и ледовые инструменты (условно, ледоруб). Он него идет верёвка вниз к страхующему (они ей связаны). Поднявшись на определенную высоту, лидер завинчивает в лёд ледобур, вщёлкивает в него карабин и пропускает через карабин верёвку. Теперь, если лидер упадет, он пролетит вниз до этого бура и повиснет на нём. Конец верёвки контролирует страхующий и выдаёт лидеру верёвку по мере продвижения того вверх (чтобы не было большого провиса и лидер не падал больше, чем нужно).
В какой-то момент лидер может достичь вершины или может закончится верёвка, или ледобуры, или лидер устанет. В общем случае произойдет нечто, что потребует встречи лидера с напарником. Теперь лидер должен страховать страхующего и организовать для него линию для подъёма. Для этого он закручивает в лёд несколько ледобуров (обычно 2 или 3), делая так называемую станцию. Страховочная станция - это объединение нескольких независимых точек страховки в одну очень надёжную точку. Закрепившись таким образом на рельефе (теперь лидера можно не страховать, так как он пристёгнут к станции) лидер закрепляет на станции верёвку, по которой начинает подниматься страхующий, по пути выкручивая буры. Потом всё начинается сначала. Страхующий передаёт лидеру буры и начинает страховать его от станции. Как вариант, лидер и страхующий могут поменяться местами, чтобы прежний лидер мог отдохнуть.
Как правило, после того, как вершина покорена нужно как-то спуститься вниз. Если, конечно, вас не будет ждать наверху вертолет. Для спуска существует два основных варианта назовем их: "самовыкрут" и "проушина".
Самовыкрут считается более рискованным способом. Для этого в лёд закручивается один бур, к которому прикрепляется веревка. Когда команда спустилась, они дёргают за веревку, из-за чего бур должен выкрутиться и упасть вниз. Почему это опасно? Бур всего один и ты доверяешь ему свою жизнь. Он может выкрутиться раньше, может выломаться изо льда, а может и не выкрутиться и тогда будет проблематично достать веревку и сам бур.
Второй способ - проушина Абалакова. Про неё я уже рассказывал выше.
Немного истории
Сначала для страховки на льду использовали так называемые "мокровки" или ледовые крюки. Они выглядели как металлические клинья с насечками и ушком для вщелкивания карабина. В лёд их вбивали, как гвозди. Из-за этого требовался большой опыт, чтобы вбить мокровки правильно (при неумелом обращении они крошили лёд), плюс они подходили больше для более рыхлого летнего льда, чем для твердого зимнего.
Примеры "морковок". Изображение из интернета
Следующей ступенью эволюции стали так называемые штопорные крючья. Принцип их установки понятен из названия. Они ввинчивались в лед, как штопор в пробку бутылки. Хотя требования к умению и льду стали ниже, держали они не очень надежно, так как были достаточно тонкими.
Пример штороного крюка. Изображение из интернета
Потом пришел черёд забивных трубчатых буров. Они предлагают собой полые металлические трубки с острым концом, которым вбивались в лёд. Как правило, такие буры сначала вбивались в лёд, а потом закручивались.
Пример забивных ледобуров. Изображение из интернета
И наконец появился ледобур в его современном виде.
Приключения 2021!
В этот непростой год мне удалось подняться на 14 вершин, пройти 4 хребта, залезть на 2 большие скалы, сходить в один небольшой, но нереально красивый поход, заночевать на горе в мороз, зайти на парочку перевалов и пару раз сьездить с командой на маленькие скалы!
Огромное спасибо всем участникам приключений 2021!
Желаю вам всем незабываемых, интереснейших, крутейших приключений в новом году!
Локация - Скалистые Горы, Канада
Выполнивший программу 14х8000, инвалид погиб на спуске со своей последней вершины
Трагедией закончилось желание корейского альпиниста ХонгБин Кима (HongBin Kim) завершить программу 14х8000, став первым инвалидом поднявшимся на все восьмитысячники мира.
Во время спуска с Броуд Пика (8051 м.), ставшего 14-й вершиной проекта, он провалился в трещину, куда до этого так же упала россиянка Анастасия Рунова.
Насте удалось самостоятельно выбраться и продолжить спуск, тем более ей на встречу вышли участники проекта «Фрирайд в зоне смерти» Виталий Лазо и Антон Пуговкин. После небольшого отдыха в третьем высотном лагере альпинистке удалось продолжить самостоятельный спуск.
Антон Пуговкин:
Ситуация с Кимом оказалась сложнее. Сопровождавший его портер ничем не смог помочь застрявшему на 15-метровой глубине корейцу.
Виталий Лазо поняв, что Насте его помощь уже не нужна, отправился на подмогу.
Команда «Фрирайд в зоне смерти». Слева направо: Антон, Виталий, Томас Лон, подстраховывавший команду в третьем лагере:
ХонгБин был ещё жив, когда Виталий поднялся на 7800 к месту разворачивающейся трагедии.
Вместе с портером они несколько часов пытались извлечь застрявшего альпиниста из смертельной ловушки. Увы, но практически сразу после того, как его удалось вытащить из трещины, Ким сорвался со склона и разбился.
На спуске уже сам Виталий, вместе со встретившим его Антоном, попал в неприятности из-за ухудшившейся погоды и наступающей темноты.
Буквально несколько минут назад ему и Антону всё же удалось спуститься в базовый лагерь. Настя так же добралась до базы.
Больше подробностей пока нет.
Несмотря на то, что многие негативно восприму сам факт существования проекта Кима, стоит отметить, что делал он это не из корыстных побуждений и не для того, чтобы потешить самолюбие, а чтобы вдохновить других инвалидов на полноценную жизнь.
Пост собран по материалам сайта Mountain.RU, проекта «Фрирайд в зоне смерти» и связи с участниками спасов.
Первопроход по центру северной стены Дхаулагири.Авантюрная экспедиция 1993
Автор: Сергей Ефимов, Екатеринбург
Фото из архива: Сергея Ефимова и Сергея Богомолова
Дополнительные материалы: Анна Пиунова, Mountain.RU
Наша «несколько авантюрная экспедиция», как охарактеризовал ее один из участников Алексей Лебедихин, собралась в городе Катманду, Непал. Действительно, экспедиция должна была выглядеть авантюрной, хотя я этого не чувствовал и в принципе не люблю авантюр, то есть мероприятий, рассчитанных на случайный успех без учета реальных сил и условий. Но, наверное, так это выглядело со стороны: половина участников впервые встретилась в Катманду.
Этой команде предстояло работать вместе на больших высотах, длительное время, в условиях кислородного голодания и зачастую в крайне тяжелых погодных условиях.
Цель – попытаться сделать восхождение на пик Дхаулагири, 8167м, – самого западного восьмитысячника в Непале, по центру северной стены. Маршрут, который даже не пытались пройти до этого.
Дхаулагири была последним восьмитысячником, который покорился человеку в 1960 году. Позднее на эту вершину было проложено около десятка маршрутов, но северная стена, ее центральная часть, оставалась не пройденной. Вот эта стена и была заявлена нами для прохождения в министерстве туризма Непала.
Сложность маршрута заключалась в том, что с высоты 7100 метров начинался четырехсотметровый скальный барьер, верхняя часть которого была прикрыта ледовой шапкой, нависающей над скальной стеной. Для этого маршрута от участников требовались и высокое техническое мастерство и высотная выносливость. Провешивание всего маршрута веревками, которые бы обеспечили в случае необходимости быстрый спуск, не представлялось реальным. Восхождение должно было быть спортивным, как в наших горах, без использования кислородной аппаратуры. Необходимо было продумать все возможные осложнения. Нужна была слаженная и команда, однако отсутствие необходимой суммы в долларах привело к тому, что выехали те, кто их имел или мог достать.
В составе экспедиции появились два грузинских альпиниста, которые уже имели опыт восхождения на высоты 8000 метров. Это были Гия Тортладзе и Мераб Немсицверидзе, а также Борис Седусов из Перми. Было известно, что Гия и Мераб – «неплохие ребята, но со своим мнением». «Тоже не плохо», — подумал я.
Директор ТОО «Альпинист» Борис Седусов имел не богатый опыт восхождений на семитысячники, но у него, как у истинного лидера, была разумная голова, большая целеустремленность и способность доверять и подчинятся тем, кого он считал более опытным. Такое мнение сложилось у меня после нескольких непродолжительных встреч с Борисом. Приятно, что оно не изменилось и после экспедиции.
В состав экспедиции входил еще английский альпинист Рик Аллен, имеющий опыт гималайских экспедиций, с которым мы ранее делали совместные восхождения на Тянь Шане, Памире. Он взял на себя большую часть расходов в валюте, поэтому экспедиция стала называться российско-британская.
Рик обладал сильной волей и даже какой-то настырностью в достижении поставленной цели, но вместе с тем был не амбициозен и полностью принимал наш стиль работы при совершении восхождений, что удивительно для англичанина. Его финансовая помощь позволила сохранить надежный основной состав сборной команды России, который мог бы осуществить первопрохождение по центру северной стены.
Это были мастера спорта международного класса из Екатеринбурга Валерий Першин и Алексей Лебедихин – неоднократные чемпионы СССР, как в техническом, так и в высотном классе.
Мастера спорта Иван Плотников из Барнаула и Сергей Богомолов из Саратова. Последние двое вместе с Першиным впервые «распечатали» восточный гребень восьмитысячника Чо Ойю в 1991 году. До этого пять экспедиций из разных стран безуспешно пытались достигнуть вершины этим путем.
У Богомолова в списке его восхождений был третий по высоте восьмитысячник Канченджанга и пик Победы зимой, а у Першина пик Коммунизма зимой, 7495м. Не много альпинистов в бывшем СССР могут похвастаться такими достижениями. Это говорит о том, что эти ребята могли выживать на очень больших высотах, при низких температурах и бешеных ветрах и обладать устойчивой психикой. Всё это было необходимо для штурма Норд Фейса – Северной стены.
С самого начала было ясно, что экспедиция не будет легкой. Появились проблемы. Неожиданный наплыв иностранных туристов оккупировал прямые рейсы Москва-Катманду еще почти за полгода до вылета. И нам, не имеющим нужных средств почти до самого вылета, пришлось лететь через Дели. По прибытию к Катманду, выяснилось, что ожидается всеобщая забастовка непальских водителей транспорта. Это означало задержку с выездом еще на три-четыре дня. Нас это не устраивало, поэтому, не дожидаясь оформления официальных документов, мы выехали из Катманду в Покхару. В тот же день, закупив недостающие продукты и керосин для кухонных примусов, ночью выехали в Баглунг, где заканчивалась дорога.
Уже рано утром наш караван вышел в путь по крутым тропам западного Непала, не очень популярного среди простых туристов из-за труднопроходимых дорог и отсутствия деревень, в которых можно было бы купить продукты, заказать обед и переночевать. Эта часть Непала не приспособлена для европейского туризма. Здесь не понимают английского языка, большинство местных жителей не разговаривают даже на непальском языке, используя при общении только местное наречие.
Уже на пятый день пути нас встретил снег. В это время года его там не должно было быть, но в этом году под Дхаулагири стояла суровая зима. На шестой день начавшаяся пурга окончательно сломила наших носильщиков, одетых в шорты и рваные рубахи. Бросив грузы и получив расчет, закутавшись во что попало, они убежали вниз. Хорошо, что в последний день перед выездом из Катманду мы купили несколько комплектов утепленных костюмов, носок, перчаток, кед. Благодаря этому мы сумели одеть 10 носильщиков, которые согласились и дальше таскать наши грузы. Мы отдали им на это время наши высотные палатки, коврики, а Рик даже отдал свой легкий спальный мешок.
Три дня продолжалась челночная работа по заброске грузов на ледник под северную стену. В переноску включились все участники экспедиции, наш доктор Сергей Бычковский и даже сирдар (начальник непальского персонала), в обязанности которого обычно входит руководство караваном и кухонной командой.
Кроме того министерство туризма Непала в каждую экспедицию прикомандировывает офицера связи. Официального представителя власти, который следит за выполнением всех предписанных правил при проведении экспедиции и помогает улаживать конфликты с местным населением, если таковые случаются.
Офицер связи по правилам обязан находиться в базовом лагере весь период работы экспедиции. На практике обычно этот представитель министерства Непала не доходит до базового лагеря, а остается ждать в ближайшем селении. Наш же дошел. Правда ему было очень плохо, он страдал от горной болезни и потом ушел вместе с носильщиками вниз. Так он и остался в моей памяти, сидящим на корточках, закутав голову шарфом, совершенно безучастный ко всему происходящему с тоской в глазах по теплу и комфорту.
В составе нашей боевой компании была еще одна женщина. Алисон – жена Рика. Она сопровождала его во всех экспедициях, стойко перенося холод, отсутствие уюта и одиночество, когда все уходили наверх.
«Что же ты делаешь в лагере, когда одна?» — Спросил я ее однажды. «Молюсь», — был ответ. Она объяснила, что дала слово Богу, когда выходила замуж за Рика, что будет всегда с мужем, будет ему помогать и делить с ним все трудности. Так она и делала.
Переноска грузов была даже полезна для нас. Организм привыкал к недостатку кислорода, втягивался в работу на высоте. Погода не хотела налаживаться и соответствовать нашим ожиданиям. Каждый день после полудня небо затягивалось тучами и начинался снегопад. Обнадеживало то, что весна должна была переломить ситуацию.
Известие о том, что в верховьях ущелья работает экспедиция, привело сюда двух местных «спиртоносов», по нашему - самогонщиков, которые надеялись сделать свой бизнес по продаже спиртового зелья нашим носильщикам. Помню, под Канченджангой в 1989 году «спиртоносы» вывели из строя на два дня всех наших портеров. Был запой. Я опасался здесь такого же. К счастью, мы уже работали в зоне снегов и лавин, так что добраться до нас было не просто. Все обошлось.
8 апреля при сильной метели, на высоте 4600 метров, были поставлены палатки базового лагеря. Лама, который освятил в Катманду буддийские молитвенные флаги, сказал, что их нужно будет развесить в базовом лагере перед восходом солнца 9 апреля. Многое могло помешать этому, но мы успели.
Из письма Валерия Першина:
9 апреля солнце осветило уже развешенные флаги, и дым из сложенного молитвенника поднимался к синему небу, которое с юга было закрыто громадой северной стены.
Пришла пора знакомиться с горой. Первое впечатление было не радостным. При обилии снега внизу, склоны вверху были совсем голыми. Километры чистого льда, уходящие вверх, отливали зеленью бутылочного стекла. Над ними черные скальные стены поднимались до самой ледовой шапки, угрожающе нависающей над стеной на высоте 7800м. На таком льду нам бы пришлось страховаться везде, часами передвигаясь на передних зубьях кошек, затрачивая много времени на прохождение.
На всех фотографиях, изученным мной, там должен был лежать снег. Кроме того на ледовом склоне очень сложно и опасно организовывать ночевки.
Путь просматривался пока только до 6000 метров. Першин на мой вопрос о возможном маршруте прохождения, бросил: «Я вообще не вижу никаких путей».
В высотном восхождении все просто. Если ты хочешь подняться на 8000 метров, тебе необходимо получить акклиматизацию, переночевать на высотах 7200-7400м. и спуститься на отдых вниз.
Ну а до этого переночевать на 6500м, а перед этим на 5500м.
Берем бумагу и строим график работы с учетом такой акклиматизации. Впрочем, он был построен еще дома, здесь мы его только подкорректировали.
На бумаге было все просто, но реально на этом нехоженом пути за каждым метром стояла неизвестность. Не знаю, как у других, а у меня голова постоянно была занята проработкой различных вариантов. Никто не мог сказать, насколько лавиноопасны склоны. Найдем ли места для установки палаток? Найдем ли вообще проход по стене? Насколько опасны ледовые башни, что нависли над стеной? Ведь если они рухнут, то «прометут» всю стену ледовым обвалом. Что до Бори Седусова, мне казалось, его эти мысли не беспокоили. Он спокойно играл в преферанс, полностью доверив себя более опытным восходителям. Гия и Мераб первые дни не выпускали бинокль из рук и постоянно спрашивали меня о маршруте, предлагали различные варианты.
Першину было не до того. Он занимался подготовкой снаряжения. Два других опытных «гималайца» Богомолов и Плотников тоже особо не выказывали беспокойство, решив для себя «выйдем наверх, там и посмотрим».
Мы не имели нанятых высотных носильщиков, которые могли бы нам помочь в переноске грузов наверх. Мы не хотели, да и не имели возможности затаскивать километры веревок, чтобы провесить весь путь наверх. Восхождение должно быть спортивным, как в наших горах, в альпийском стиле и без применения кислородных аппаратов.
Из письма Валерия Першина:
Было намечено четыре акклиматизационных выхода перед штурмом с отдыхом в базовом лагере. И если в начале экспедиции казалось, что все можно сделать и побыстрее, то каждый новый выход убеждал меня, что план предельный и по времени, и по силам.
Я предложил в этой экспедиции не разделяться на группы, как было на Эвересте, Канченджанге и Чо Ойю, а работать единым коллективом. Как показал опыт, работа разными группами не создавала единства в экспедиции и порождала противостояние руководителей групп и самих групп. А это состояние потребляло дополнительную энергию. Любое мероприятие имеет ограниченный запас энергии, и лучше его не тратить на межличностные отношения.
При работе на стене все работали в одном ключе, а вот жизнь в двух наших палатках различалась и характером взаимоотношений и привычками в быту.
В нашей, например, всегда были излишки продуктов про запас, за это был ответственным Алексей Лебедихин, который немного все «прижимал». У соседей все лучшее съедалось сразу, чтобы меньше было тащить, да и аппетит мог пропасть с высотой. В нашей палатке каждый имел свои обязанности, пожалуй кроме Рика, которому нравилась роль VIP – персоны. Он удивлялся, что русские все время моют свою посуду и котелок. «На восхождении мы этого никогда не делаем, — пояснил он, — а воду, используемую для мытья, лучше выпить». Для Рика было удивительным, что по его мнению, мы пили мало воды на восхождении. В соседней палатке старшим был Валерий Першин, и он все делал сам: топил воду, варил пищу, контролировал снаряжение. Так получилось, что у него «клиентов» было больше.
Стена с каждым новым снегопадом становилась белее. Пришла весна. Снег таял внизу и выпадал вверху. Лед покрылся снегом, и уже приходилось при подъеме топтать следы, сменяя друг друга.
Мы стали оставлять флажки на случай непогоды и потери видимости. В первый же выход наверх на наших глазах рухнул громадный кусок ледовой шапки. Раздробленная ледовая лавина «промела» всю стену. Мы это наблюдали снизу. Этот гигантский ледовый блок на высоте 7700 метров, висящий над стеной, очень меня беспокоил. И вот он рухнул. Оставшаяся часть снежно –ледовой «шапки» выглядела монолитно.
Это был добрый знак. Как будто Гора дала добро на наше восхождение. Вообще за годы гималайских экспедиций я стал иначе относиться к этим горам. Снежные гиганты Гималаев стали казаться мне разумными, обладающими своим характером и своим отношением к тем, кто к ним пришел. Языком общения с ними являются ритуалы, проводимые шерпами через буддийские флаги и дым молитвенных костров.
Акклиматизационные выходы наверх проходили как всегда тяжело. Но именно тяжелая работа помогала быстрее акклиматизироваться. На четвертом выходе была достигнута высота 7300 метров.
Далее начиналась стена. Последние 300 метров перед лагерем потребовали очень сложного и рискованного лазания. Несмотря на небольшую крутизну 45-50 градусов, передвижение по заснеженным скальным плитам было неприятным и не надежным из-за черепичной структуры скал и отсутствия трещин для организации страховки. Переночевав, мы стали спускаться. Это заняло у нас шесть часов. Совершенно вымотанные спустились мы в базовый лагерь. Мераб, сидя у своей палатки и медленно стаскивая с ног двойные пластиковые ботинки, выдавил: - «Если ты скажешь, что нужен еще один акклиматизационный выход, я уйду вниз. Сил уже больше нет».
Я его понимал. Так было и со мной в каждой гималайской экспедиции и на Эвересте, и на Канченджанге, и на Чо Ойю. После такой тренировки можно выходить на вершину: организм акклиматизировался.
Четыре дня отдыха были заняты едой, сном и игрой в преферанс. Повар Вончук и Гелю крутились весь день на кухне, чтобы накормить ненасытных «мемберов» (участников экспедиции).
Пятого мая первыми из лагеря вышли Мераб и Гия, потом потянулись остальные. Ваня Плотников вышел, когда первые прошли уже половину контрфорса на пути к лагерю I.
После трехдневной штормовой непогоды гора казалась вычищенной и помытой. Глубокий снег, что мы топтали к третьему лагерю, был выдут. Обнажились скалы перед лагерем IV на высоте 7300м, выше чернела стена.
В тот лагерь на 7300 мы пришли на четвертый день. Путь был знаком, но от этого ничуть не стал легче. Период солнечной ясной погоды закончился. Ветер гнал вниз по склону снег, который засасывал наши палатки в крутой снежный склон.
Одна из лавин прошла через нашу палатку и заблокировала вход. Алексей Лебедихин был в то время снаружи. Он то и откопал нас, пока мы спинами изнутри палатки держали снежную массу, продавившую стенки и крышу платки.
Той ночью меня разбудил голос Рика. Он показывал на крышу, которая опасно просела под весом новой массы снега. Я потрогал потолок. Снег уже заледенел, значит, подумал я, проседать дальше не должен. «Спи. Палатка крепкая, выдержит», — сказал я ему.
Третья гималайская экспедиция убедила меня в том, что только наши палатки-ангары, изготовленные специально под эти условия, могут выдержать такие снега и ветра. На моих глазах под штурмовыми ветрами Гималаев разрывались красивые фирменные иностранные палатки. Это было неприятное зрелище. Но у нас настоящие испытания ветром, как оказалось, были еще впереди.
Утром в нашу палатку залез Мераб и сообщил, что у него появились боли в сердце, и он собирается спускаться вниз. Гия согласился его сопровождать. Я был благодарен ему за это. Хорошо, что он принял такое решение на этой высоте, откуда было еще возможно уйти вниз. Дальше начиналась работа на стене, и спуск становился непрост.
Две фигурки, продергивая веревку, медленно удалялись вниз. Мы еще медленнее начали подниматься наверх, по закрепленным веревкам, которые Иван Плотников и Сергей Богомолов повесили вчера. Дальше мы двигались, имея за плечами всё для обеспечения жизни: палатки, продукты, примуса, горючее, и все снаряжение.
Это была обычная стенная работа, правда на необычной высоте. Легкие, казалось, лопнут от интенсивного дыхания, хотя движения были как в замедленном кино. Казалось иногда, что сорокаметровая веревка не закончится никогда. А было их пройдено по стене четырнадцать.
10 мая был установлен последний перед штурмом, шестой лагерь, на высоте 7800 метров. Сергей Бычковский, врач экспедиции, передал по рации снизу, что видит нас совсем рядом с вершиной. Это «совсем рядом» заняло на следующий день еще четыре часа.
Из записок Рика Аллена:
Сергей Ефимов:
11 мая все семь человек стояли на вершине. Традиционные снимки с российским и непальским государственными флагами, потом с вымпелами фирм - спонсоров «Высо», «Корус», «Белая Башня», «Уралкомбанк», «Медицина 2000», «Промальп».
Сейчас 20 лет спустя, перечитывая эту статью, я с удовольствием отмечаю, что эти фирмы были мною перечислены. Память не может удержать все имена и даты, а ведь за этими названиями стояли конкретные люди, наши знакомые и друзья, которые жили своей жизнью в те сложные времена. Они были молоды, успешны, и как могли помогали осуществлению наших безумных планов. Это было время становления бизнеса, увлекательное, свободное и опасное, как и наши проекты.
А потом началась борьба за выживание. На восьмитысячниках много трагедий разыгрывалось на спуске.
Дайнюс Макаускас, литовец, мастер спорта по альпинизму исчез при спуске с Дхаулагири.
Христо Прданов, выдающийся болгарский альпинист, исчез при спуске с Эвереста.
Ханелопа Шмац из Швейцарии замерзла на склоне Эвереста после достижения вершины.
Профессиональный гид с Аляски Рай Дженей замерз при спуске с вершины Эвереста.
Японский альпинист Ясуа Като совершил зимнее соло восхождение на Эверест, передал об этом по рации, но вниз не спустился, пропал.
Наоми Уемура, совершив первое зимнее восхождение на Мак Кинли, на спуске исчез.
Владимир Балыбердин и Эдуард Мысловский совершили восхождение на вершину Эвереста, но спуститься самостоятельно уже не смогли. Михаил Туркевич и Сергей Бершов помогли им, поднялись к ним ночью, принесли кислород и горячий чай. Зачастую последние метры к вершине даются огромными усилиями, а потом оказывается, что эти силы были последними.
Первая пятерка возвратилась к палатке штурмового лагеря, когда ураган только начинался. Першин и Седусов добрались до них уже с трудом. Трясущиеся руки Бориса и пустые белые глаза говорили, что он находится на опасной для жизни грани. Ураган бушевал на высоте 7800 метров. Мне казалось, что палатку шторм может унести вместе с нами. Ветер вырывал куски фирнового снега из-под кромок палаток. Ночь прошла без сна. Рик пытался отыскать ледовую трещину, чтобы можно было там укрыться, когда ветер разорвет палатку. Трещин не было. Я успокаивал себя мыслью, что на Канченджанге такие же палатки выдержали ураган, и на Чо Ойю тоже, значит выдержат и здесь.
Выдержали. А потом начался спуск по стене. Четырнадцать дюльферов. Я спускался первым и организовывал станции, Валера двигался последним, продергивая веревки.
Мне очень помогло, что при подъеме по стене мы решили оставлять бамбуковые вешки на пунктах станций. Вешки крепили вертикально стене, чтобы сверху их было заметно. И при спуске это очень пригодилось. Спускаясь первым, я старался отыскать по ним путь спуска. Голова что-то совсем плохо соображала и мне приходилось напрягать мозги, чтобы правильно завязать узлы и организовать страховку. Веревки путались. Я с удивлением наблюдал это своё состояние апатии и полной тупости.
Спуск занял три дня. Когда мы спустились в базовый лагерь, 14 мая 1993 года, вызванные носильщики уже уходили из базового лагеря. Тут же все снаряжение перекочевало из наших рюкзаков в их баулы, и они ушли вниз. Мы остались на леднике одни.
Доктор занялся Борей. Пальцы на ногах у него были черными, передвигаться он мог с трудом. Утром мы двинулись догонять караван. До ближайшего населенного пункта было три дня хода, а потом еще три до дороги. На второй день правая нога у Бориса опухла. «Он не дойдет», — сделал заключение Бычковский. – «А антибиотиков хватит только на два дня».
Боря с доктором и с Валерой остались в ближайшей деревне. Гелю пытался раздобыть для них хоть что-то из продуктов. Жители деревни наскребли только несколько яиц, масло, лук и рис.
Выручил гонец из местных, сумел пройти трехдневный путь за один день и сообщить о случившимся в Катманду. Через два дня Боря Седусов был вывезен армейским спасательным вертолетом и доставлен в госпиталь. Ногу удалось спасти, но пальцы пришлось ампутировать. Это было сделано уже в Москве.
«Авантюрная экспедиция» распалась, сделав свое дело. Вряд ли этот состав соберется еще раз. Разные характеры, привычки и взгляды на жизнь, но каждый из них был необходим именно там, на северной стене Дхаулагири.