Из Москвы в Нигерию: жить в джунглях и ездить с эскортом полиции

Нигерия – закрытая для туристов африканская страна, где иностранцев могут похитить ради выкупа, и все завидуют белой коже. Здесь нет правил гостеприимства, европейского сервиса и вкусной еды, зато есть водопады, тропические леса, океан и саванны. Москвичка Евгения, которая променяла жизнь в мегаполисе на африканские джунгли, рассказала, как выжить в нетуристической Нигерии.

Вырваться из рутины

В мае 2018 будет три года, как я живу в маленькой деревушке на юге Нигерии на берегу Гвинейского залива. Мне было 26 лет, когда я подписала контракт с крупной российской компанией и переехала в страну, о которой на тот момент ничего не знала. Теперь я официально не резидент России, где с меня не берут подоходный налог, а резидент Нигерии, где у меня есть гринкарта и ID.

Я закончила МГЮА по специальности юрист-международник и хотела контрактов, переговоров, командировок и встреч с иностранными партнерами, а в идеале – работу в иностранной юрисдикции. После выпуска попала в команду, которая занималась строительством объекта в «Москве-Сити». Это частично покрывало мою потребность работы в международной сфере, но со временем не осталось room to grow в плане профессионального развития.

К тому же меня убивали нескончаемые московские пробки, выматывающие поиски бесплатной парковки в центре и нехватка времени на личную жизнь.

Я могла вздохнуть полной грудью только на выходных, но и тут был цейтнот – за два дня нужно было привести в порядок себя и квартиру, закупиться продуктами и уделить время близким. Желание вырваться из рутины подогревали путешествия, которые давали возможность сравнить, как живут и работают люди в других странах.

До переезда я регулярно путешествовала, и очередная поездка стала переломной. Вернувшись из Австрии в суровую реальность, ощутила резкий контраст между размеренной альпийской жизнью и московской давкой за место под солнцем.

Видимо, это было пресловутое it’s time. Отчаянно сопротивляясь погружению в рутину, стирающему из памяти волшебные каникулы, я в очередной раз зашла на рекрутерский сайт и нашла вакансию, как я сразу поняла – мою. Работа с повышением, в другой стране, в одной из ведущих российских компаний, о которой я всегда мечтала.

Поэтому я проявила невиданные для себя чудеса настойчивости – звонила сотрудникам HR и демонстрировала заинтересованность. Прошла почти 9 кругов собеседований – до самых топовых менеджеров. Как мне потом рассказывали, глаза у меня горели как надо.

В джунгли за приключениями

Я настолько была занята получением справок, прохождением медосмотра, что не успевала ничего осмыслить. Я не представляла четко, что еду в джунгли. Тянула до последнего с увольнением и почти никому не говорила о переезде, пока не появилась уверенность, что эту работу я заполучила.

Я росла в семье дипломатов во времена, когда почту передавали раз в месяц с дипкурьером, а трехлетние командировки прерывались раз в год на период отпуска. Не было разговоров по скайпу и телефону, не было мессенджеров, благодаря которым есть постоянный эффект присутствия. Мама, в жизни которой была не одна такая командировка, поддержала и отнеслась с энтузиазмом к моему движению вперед.

Они, собственно, не прекращались до самого последнего вечера в России – наверное, мы оба не осознавали, что это навсегда и по-настоящему. Я поняла, что произошло, только в самолете где-то над Сахарой, но сомнений не было, так как я горела приключениями, жаждой новых открытий и открывающимися перспективами.

Стереотипы об Африке

Перед переездом я изучила все возможные статьи в Сети и даже фото в Instagram по хэштегу #Нигерия. После я на собственном опыте убедилась, что, в сущности, мы очень мало знаем о нетуристических странах. Сейчас я с улыбкой наблюдаю, как даже самые респектабельные информационные агентства допускают ошибки в названиях и фактах.

Мои представления об Африке были основаны на ЮАР, где я жила в детстве с родителями. Одной поездки от аэропорта до моего будущего места работы и проживания хватило, чтобы понять, что ЮАР и Нигерия – это как Северный и Южный полюс.

Говорить о ЮАР как об Африке – наивно. Это, скорее, смесь Австралии с тихими провинциальными городками какого-нибудь американского штата вроде Техаса.

Малярия и песчаные бури

На экваторе солнце всходит и садится почти в одно и то же время круглый год. Сухой сезон наступает зимой, при этом в декабре с Сахары приходит харматтан – песчаная буря. Иногда пелена песка висит настолько плотная, что днем темно, самолеты отменяют, а на солнечный диск можно смотреть без очков.

В столице страны – Абудже, которая ближе к пустыне, трава от жары превращается в пыль – здесь засуха еще сильнее, чем на юге, где немного спасает близость к Гвинейскому заливу. Летом же, наоборот, бывает, что дождь льет неделями не переставая.

Конечно, здесь хорошая экология и теплый океан, но из-за болотистого ландшафта живность плодится как на дрожжах, отсюда – малярия. Малярийные комары на наших не похожи – они тоненькие и невидимые, поэтому в темное время суток не рекомендуется выходить на улицу.

При малярии у тебя болят все мышцы, лихорадит, насморк, кашель, а температура пониженная. Сегодня, к счастью, существует множество лекарств, благодаря которым за 3-5 дней встаешь на ноги.

Страна, где могут похитить

Деревня, в которой расположен наш завод, находится в дельте реки Нигер в штате Аква Ибом на юге Нигерии. В 20 километрах от нас находится Гвинейский залив Атлантического океана.

Наша деревенька считается довольно крупной, она выросла за счет рабочих мест на заводе, соседняя – за счет базирования там другой компании. Тем не менее, это небольшие населенные пункты в непролазных джунглях, правда, соединяет их отличная дорога.

Как правило, экспаты в Нигерии проживают в городках своих работодателей. Вот и я живу в заводском компаунде в собственном доме со всеми удобствами. В соседях у меня коллеги-экспаты, армия и полиция.

Все перемещения за пределы компаунда допускаются только с эскортом полиции – это заметно облегчает жизнь, потому что им разрешается перекрывать дорогу и объезжать пробки по встречке. Кроме того, очень часто на дорогах устраивают засады местные хулиганы – натягивают веревки и останавливают машины, вымогая деньги за проезд по «их земле», а иногда и просто грабят.

Полиция с ними не связывается – днем дежурит на постах, а как темнеет – разъезжается. Вполне может оказаться, что эти полицейские и хулиганы – из одной деревни, а своих арестовывать не комильфо.

Поэтому иностранцы здесь живут обособленно и вообще почти не пересекаются с жизнью, к которой привыкли нигерийцы в своих многочисленных деревнях. Вне работы мы общаемся в основном между собой. Иногда в нашем городке останавливаются ребята из Сербии и ЮАР – компьютерщики, которые тоже работают в Нигерии по контракту.

Редко кто из экспатов действительно любит эту непростую для европейца страну – здесь зарабатывают деньги.

Как живут нигерийцы

Нигерийцы могут быть настолько дружелюбными, насколько и агрессивными. Но если вы надеетесь увидеть в Нигерии людей в нарядах племени масаи, то это не по адресу. В деревнях по-прежнему существует традиционная власть – люди живут кланами, во главе которых – принцы и короли. Параллельно есть реальная власть – выборное местное самоуправление, губернаторы штатов.

В крупных городах течет обычная жизнь офисных клерков, а большинство жителей нигерийских деревень почти ничем не заняты – у них в домах даже нет электричества.

Здесь не ценится время, как и во многих других странах с жарким климатом – люди никуда не спешат, полчаса не считается за опоздание – в том числе и в авиации.

Всеми людьми в Нигерии правят личные интересы – они не заинтересованы в подъеме и развитии своих городов, промышленности, процветании населения. Дело в том, что население страны огромное, а возможность заработать есть у единиц.

Больше всего нигерийцы обожают деньги, еду и политику. У них несколько любимых занятий, например – разговаривать по телефону. Связь здесь очень доступная, роуминга в стране нет, поэтому у большинства по два телефона, обычно еще и с двумя сим-картами.

Ходить в школу с мачете

Мусульмане здесь очень религиозные, а вот на юге все поголовно ходят в церковь по воле социального уклада.

Церковные сборы не облагаются налогами, они не сдают финансовую отчетность, то есть церковь здесь – это целая система власти, которая пользуется поддержкой на политическом уровне.

При этом обычные люди живут без света и воды, в домах-контейнерах, при этом все одеты по-европейски в китайские вещи. Все дети ходят в школу в форме, правда, часто с мачете в руках – косят траву на школьной территории.

Еще одно увлечение местных – читать газеты на устаревшем английском языке. Каждый уважающий себя нигериец жарко спорит о политике и нигерийской государственной системе, а круг интересов особо прогрессивных выходит и на международный уровень.

Дешевый алкоголь и дорогая картошка

Супермаркеты в Нигерии есть только в крупных городах, и то их единицы. Ведь на 10 взрослых жителей только у одного может быть работа и доход.

Здесь баснословно дорогие импортные товары. Например, картошка – 100 рублей за килограмм, пакет молока – 100 рублей, брынза «Парижская буренка» - 300 рублей, сливки – 600 рублей за литр, свежемороженый норвежский лосось – 3000 рублей за 1 кг. Зато бананы – 30 рублей за гроздь. Интересно, что курица и говядина в одну цену – где-то по 200 рублей за кило.

Техника на 20-30% дороже, чем в Москве, будь то бытовая техника, телефоны или автомобиль «Тойота Прадо». То же самое с духами, французской косметикой и одеждой – это импортное, а, значит, недоступное, заграничное.

Одежда на рынках дешевая, сплошь китайский ширпотреб всех фасонов и расцветок. Также большое количество товаров поставляют из ЮАР – одежду и вино.

Что здесь дешево, так это алкоголь – на него нет акцизов. То есть бутылка виски Jameson, которая стоит в Москве 1200 рублей, здесь по цене 600 рублей. Вина из Европы и ЮАР в среднем стоят по 200-300 рублей за бутылку.

Без стрижек и маникюра

Я давно утратила веру в нигерийский сервис – привыкла делать сама себе маникюр и прочие процедуры, а еще в отпуске стричься покороче, чтобы до следующего приезда домой хватило.

Здесь, конечно, есть все услуги, которыми пользуются в Москве, но представить, чтобы иностранцы этим пользовались, невозможно, так как все делают неумело в грязноватых лачугах.

Еще в самом начале своего пребывания в Нигерии я оказалась в командировке в Лагосе, и была уверена, что в дорогом и красивом отеле все будет на уровне. Я отправилась на эпиляцию в салон красоты при отеле.

При этом из кошелька выпорхнула часть моих командировочных в размере 3000 рублей.

Принцы из лачуг и зависть к белой коже

Девушки в Нигерии обожают яркие наряды, крупные украшения и броский макияж. Особый шик – это афрокосички из нарощенных волос. Еще они очень завидуют моей белой коже и мягким волосам, а я с завистью смотрю на контраст белой майки с их идеальной темной кожей.

Вообще увидеть белую женщину в нашем регионе – редкость. В магазинах 80% кремов – отбеливающие, изготовленные для Африки.

На юге Нигерии женщины намного энергичнее, выносливее мужчин – очень многие за рулем и занимают высокие должности. Обратная сторона медали - они агрессивнее и громче.

Когда я только приехала в Нигерию и пошла на какой-то прием, меня стали спрашивать, не нигерийская ли я жена. Я не понимала, а потом выяснила, что «нигерийскими женами» называют женщин, которые вышли замуж за нигерийцев, которые в советские времена учились в наших вузах. Сегодня их ряды уже не пополняются так активно, но существует целая ассоциация этих женщин.

Мужчины в бывших странах-колониях не рассматривают белых женщин как объект увлечения. Скорее, смотрят на них как на музейный экспонат. Однако я хочу предостеречь девушек – не выходите вслепую замуж за нигерийских принцев.

В быту мужчины здесь не относятся к женщинам как джентльмены – они будут стоять и смотреть, как женщина поднимает какую-то тяжесть, и никто из них не поможет.

На мусульманском севере традиции сильны – женщины рожают много детей, носят хиджабы, а мужья-мусульмане покупают им дорогие золотые украшения, сделанные в Дубае или Турции.

Несъедобная кухня

Когда я летела сюда в первый раз, меня предупреждали, что с собой нужно везти еду. Я посмеивалась, вспоминая, как в Лондоне, где на каждом углу супермаркеты, у папы-дипломата в холодильнике лежала брауншвейгская колбаска и бородинский хлеб.

Чего только я сюда не вожу из Москвы – и тушенку, и конфеты, и колбасу, и селедку, и воблу, и зелень, и сливочное масло. Я даже стала есть гречку!

Одно дело – дегустировать необычную кухню в путешествии, и совсем другое – постоянно быть лишенным возможности питаться чем-то привычным.

Нигерийцы питаются неправильно – в основном это углеводная пища типа макарон, хлопьев и риса, сдобренная кубиками «Магги» и пальмовым маслом.

Помидоры, болгарский перец, свекла – это для них достаточно дорогие продукты, а дешевые – лапша быстрого приготовления. Во всем консерванты и усилители вкуса, население тоннами поглощает сладкую газировку. Отсюда избыточный вес, которым страдают многие молодые нигерийцы.

На мой вкус, нигерийская кухня – это басня о несъедобности. Они пережаривают, пересушивают, переперчивают все до неузнаваемости. Хорошее, что есть в национальной еде, пришло из арабской кухни – хумус, халва, баранина.

Есть у меня два любимых блюда: pepper soup из самого популярного здесь вида мяса – козлятины, острый до невозможности, серого цвета, но все же притягательный, и суйя – любимая еда мусульман.

Не могу не упомянуть экстрим – жареные улитки-ахатины на шпажках. В нашем зеленом штате их много.

Вообще жители деревень здесь едят все, что поймают – это называется bush meat. Крокодил, обезьянка, белка, сервал – все это жарят, перчат, пересушивают и едят, запивая кайкайем – высокоградусным беловатым вином из плодов масличной пальмы, самогоном по-нашему.