На «Заре»: что происходит с современным искусством на Дальнем Востоке

Центр современного искусства «Заря» возник на месте бывшей швейной фабрики с одноименным названием в 2011 году: из швейных цехов получились лофты, часть которых занял ЦСИ, на крыше оборудовали площадку со сценой и видом на город, которую открывали концертом Stoned Boys. Идея принадлежала Александру Мечетину, коллекционеру, основателю и владельцу группы компаний «Синергия», которая и взялась за создание первого арт-кластера во Владивостоке.

Выставки в «Заре», в основном нацеленные на российское современное искусство, за год сменяются несколько раз. Сюда привозили первую персональную выставку Паши 183, «Украшение красивого» отдела новейших течений Третьяковки и совместный проект швейцарского писателя Урса Маннхарта и фотографа Беата Швайцера о поездке в Диксон, самое северное поселение России. Выставки здесь не только привозные, но и собственные, созданные в сотрудничестве с разными кураторами, иногда с выходом за пределы выставочных залов. Произведения резидентов «Зари» перемещаются на городские улицы и поверхности фабричных зданий в рамках программы поддержки уличного искусства «Пространства», создавать которую в 2014 году помогал Кирилл Кто, бывший участник стрит-арт-групп «Зачем?» и «No Future Forever». В ней уже приняли участие дизайнер и художник из Зеленограда Павел Зюмкин и уличные художники из Екатеринбурга Тимофей Радя и Слава ПТРК. Помимо выставочной деятельности и , в «Заре» проходят кинопоказы, работают детские мастерские и чуть ли не единственный в городе достойный книжный магазин.

читальный зал

книжный магазин

выставочный зал

Следуя миссии развивать современное искусство и культуру вместе с местными, российскими, международными деятелями, за ближайшие 5-10 лет «Заря» планирует познакомить своих зрителей с ключевыми именами российской художественной сцены и поднять уровень местного художественного сообщества, постепенно вовлекая его в производство современного искусства. «Однако эта миссия и программа максимум реальны, только если созданная нами институция продолжит работать на профессиональном уровне, то есть будет открытой и внимательной к тому, что происходит вокруг. Это есть и наша главная задача, и метод», — объясняет Алиса Багдонайте.

«Мы мечтаем открыть миру несколько интересных имен из Владивостока»

Несмотря на общий тренд новейших ЦСИ ориентироваться на глобальные процессы в искусстве, основной интерес «Зари» связан с местным сообществом. «Профессионалы, конечно, рады: у них появилась многофункциональная и глобальная площадка для работы, которая сокращает дистанцию между другими представителями художественной сцены России и мира, — рассказывает Багдонайте. — Здесь есть и идеи, и большой потенциал. Мы мечтаем открыть миру несколько интересных имен из Владивостока». Осенью 2015 года в «Заре» откроется крупная выставка владивостокских художников, задача которой — ответить на вопрос, могут ли процессы внутри герметичного художественного сообщества дать импульс или повлиять на российское и мировое искусство. В основу выставки ляжет исследование художественной сцены Владивостока, работа над которым идет сейчас.

альбом исторических фотографий швейной фабрики «Заря»

Сильная академическая школа, которая здесь есть, пользуется популярностью в Азии: растущий средний класс Китая и Кореи охотно потребляет русское салонное искусство, поэтому художники находятся в профессиональном тонусе и очень востребованы. Однако это потребительское влияние пагубно влияет на критический подход, столь важный в искусстве, так как развивает лишь декоративную составляющую. По другую сторону от процветания академической живописи находятся современные художники, создающие современное искусство. Отторгая кустарное производство, они оказываются отрезанными от взаимодействия с Азией. В то же время они находятся слишком далеко от живой интеллектуальной сцены, где можно черпать идеи и быть востребованными. Они живут на краю западноцентричной системы искусства, до них доносятся лишь отголоски каких-то процессов, в которых они участвуют урывками, как было в 80-е, когда с кораблями сюда попадали западные каталоги, или в 90-е во время подъема и интереса к искусству. «В 60-е годы местную сцену можно было вообще назвать независимой: в закрытом Владивостоке возникло нон-конформистское искусство, по сути давшее импульс дальнейшему развитию местных авангардно-андеграундных течений. В своей работе мы пытаемся во всем этом разобраться и представить свою версию событий», — делится планами Багдонайте.

ЦСИ сотрудничает с местной «Ночью музеев» и планирует через пару лет «встряхнуть» Владивостокскую биеннале визуальных искусств, которая при должном внимании может стать качественным международным событием. В планах также совместная работа и выставочные проекты с культурными центрами, посольствами разных стран и музейными площадками в крупных городах.

«Чаще всего нам присылают идею ехать во Владивосток на поезде»

Арт-резиденция «Зари» открылась в конце 2014 года. «Когда мне предложили заняться „Зарей“, сразу стало ясно, что резиденция нужна и ЦСИ, и городу, и краю, — говорит Багдонайте. — Резиденция стала одной из ключевых задач, потому что кроме художника никто не может дать месту и явлению содержание, силу, смысл». Предпочтение при отборе отдается сильным site-specific проектам, учитывающим локальной контекст. Во-первых, «Заре» интересны не , которые отрабатывают свою программу и делают работы для других проектов, а готовые изучать новое, включаться в контекст на 100%, работать с местной историей и аудиторией. Во-вторых, резиденция «Зари» — это не только формат работы, но, главным образом, возможность коллекционировать то, что актуально для места и времени, формировать репрезентативное, вдохновляющее собрание работ.

Заявки от художников приходят из стран Азии, Европы и Америки, из больших городов, деревень и от путешественников без места жительства, от опытных гуру и еще студентов. Чаще всего, примерно в каждой десятой заявке попадается идея ехать во Владивосток на поезде или каким-то другим способом и после репрезентировать свой опыт. «Думаю, это связано с тем, что крайне сложно настроиться на проект, если ты никогда не был в регионе и ни с чем его не ассоциируешь, кроме долгой дороги туда. Жаль, что о таком ярком городе как Владивосток, на момент написания заявки художникам не хочется узнать больше», — сетует Багдонайте, надеясь, что после успешного опыта нескольких первопроходцев ситуация переменится. Российских претендентов, по словам Багдонайте, объединяет отсутствие навыка корректно заполнить заявку: подавляющее большинство соотечественников невнимательно читают условия резиденции, часто приходят письма, заполненные не полностью или на скорую руку.

📎📎📎📎📎📎📎📎📎📎